Читаем Бомаск полностью

Но черный автомобиль, увозивший Пьеретту, был уже далеко от рабочего поселка.

ЧЕТВЕРГ, ПОЛДЕНЬ

Парадный завтрак предполагалось устроить в приемном зале фабричной конторы. Валерио Эмполи, его дочь Натали и гость их Джонатан Джонстон, американский представитель в ОЕЭС, прибыли в Клюзо ближе к полудню.

Все магазины были заперты, железные шторы на витринах и дверях спущены; на Лионской улице, по которой проехал автомобиль, приезжим не попалось ни души, кроме патрулей, состоявших из охранников.

- Словно в городе осадное положение, - удивился американец.

- Такова обычная атмосфера у нас в провинции в праздничные дни, объяснил Валерио Эмполи.

- И везде полицейские с ружьями, - продолжал свои наблюдения американец.

- Во Франции полиция - непременная участница всех празднеств.

На площади Франсуа Летурно, отделявшей здание фабричной конторы от главных фабричных ворот, закусывали охранники, собравшись около павильона американской выставки.

- Смотрите, - заметила Натали, - у них уже начался банкет.

Филиппа в конторе не оказалось. Никто его ещё не видел в то утро. Эмполи попросил дочь сходить за ним.

- Он, наверно, забыл, что должен исполнять обязанности хозяина за столом, забыл, что "Рационализаторская операция" носит его имя.

Эмполи подмигнул дочери и улыбнулся. Нобле и Таллагран совсем растерялись - они никогда ещё не видели, чтобы их патрон был в таком веселом настроении.

Натали застала Филиппа в халате, он, как видно, дня три не брился.

- Я мерзавец, - начал было он.

- Довольно, - оборвала его Натали. - О своих любовных делах расскажешь мне в другой раз. А сегодня мы немножко позабавимся... Если бы ты знал, какую я свинью подложила им всем: и американским компаньонам твоей мамаши, и моей тетушке Эстер, которая нам морочит голову своим Дюран де Шамбором, и даже самой мамаше, которая плюет на тебя и вздумала было отправить твою Пьеретту в Америку!

- Подложила ты свинью или не подложила, а мою мамашу тебе все равно не перещеголять. Нам не под силу с ней тягаться. Она даже твоего отца провела и украла у него АПТО...

- Ну нет, АПТО принадлежит мне, - сказала Натали.

Она взяла листок бумаги и принялась писать имена и цифры. Филиппу волей-неволей пришлось её выслушать, она говорила ещё более властным тоном, чем всегда. Впрочем, его и самого до некоторой степени заинтересовали её разъяснения: он надеялся, что, может быть, поймет хоть теперь, чем вызваны подозрения товарищей Пьеретты Амабль.

- Вот как в настоящее время распределяются в процентном отношении акции АПТО, - говорила Натали. И она написала:

Валерио Эмполи и английские Эмполи, действующие с ним заодно 45

Эстер Эмполи-Дюран де Шамбор и её американские друзья ...... 35

Эмили Прива-Любас-Эмполи ................................... 10

Лионская группа ............................................. 4

И я сама, Натали Эмполи ..................................... 6

Итого: .................................................... 100

- Эстер Дюран де Шамбор и Эмили-Прива-Любас, то есть моя тетушка и твоя мамаша, заключили союз. Если они добьются, что АПТО согласится увеличить капиталовложения на двенадцать процентов, этот добавочный капитал будет внесен мужем Эстер, и тогда у них окажется в руках контрольный пакет акций... - Она написала:

На каждые 112 акций абсолютное большинство составляет 56

Эстер с супругом: 35 + 12 = ......................... 47

Эмили ............................................... 10

Всего у них .................................... 57 56

- Но для того, чтобы правление АПТО согласилось на увеличение капиталовложений, необходимо мое согласие, какую бы позицию ни занимала лионская группа. В самом деле:

На каждые 100 акций абсолютное большинство 50

Эстер .................................... 35

Эмили .................................... 10

Лионская группа ........................... 4

..................................... 49 50

- Вот почему мачеха в начале июня так добивалась моей подписи. К этому времени выяснилось, что АПТО несет убытки из-за того, что с самого начала войны в Корее у нас возникли большие трудности с приобретением на Востоке шелка-сырца. А в Японии, как в стране долларовой валюты, закупать шелк-сырец невозможно. Но отец с самого начала года вел переговоры с Китаем, надеясь заключить там сделку на сырье по сходной цене, и тогда наше предприятие опять стало бы доходным.

Если бы переговоры ни к чему не привели, то для нас оставался бы только один выход - уступить твоей матери и передать контрольный пакет акций АПТО Дюран де Шамборам, которые давно уже мечтают о том, чтобы на французских фабриках ткали их искусственный шелк. Во Франции рабочая сила значительно дешевле, чем в Америке.

Итак, надо было вести переговоры с китайцами, не разрывая с американцами. Надо было выиграть время.

Вот почему я отказывалась дать мачехе свою подпись... Хоть не совсем отказывалась, а все-таки тянула время.

- Так вот почему ты встала на мою сторону и пошла против матери! воскликнул Филипп.

- Ну конечно, я рада была также доставить тебе удовольствие, - сказала Натали.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Тайная слава
Тайная слава

«Где-то существует совершенно иной мир, и его язык именуется поэзией», — писал Артур Мейчен (1863–1947) в одном из последних эссе, словно формулируя свое творческое кредо, ибо все произведения этого английского писателя проникнуты неизбывной ностальгией по иной реальности, принципиально несовместимой с современной материалистической цивилизацией. Со всей очевидностью свидетельствуя о полярной противоположности этих двух миров, настоящий том, в который вошли никогда раньше не публиковавшиеся на русском языке (за исключением «Трех самозванцев») повести и романы, является логическим продолжением изданного ранее в коллекции «Гримуар» сборника избранных произведений писателя «Сад Аваллона». Сразу оговоримся, редакция ставила своей целью представить А. Мейчена прежде всего как писателя-адепта, с 1889 г. инициированного в Храм Исиды-Урании Герметического ордена Золотой Зари, этим обстоятельством и продиктованы особенности данного состава, в основу которого положен отнюдь не хронологический принцип. Всегда черпавший вдохновение в традиционных кельтских культах, валлийских апокрифических преданиях и средневековой христианской мистике, А. Мейчен в своем творчестве столь последовательно воплощал герметическую орденскую символику Золотой Зари, что многих современников это приводило в недоумение, а «широкая читательская аудитория», шокированная странными произведениями, в которых слишком явственно слышны отголоски мрачных друидических ритуалов и проникнутых гностическим духом доктрин, считала их автора «непристойно мятежным». Впрочем, А. Мейчен, чье творчество являлось, по существу, тайным восстанием против современного мира, и не скрывал, что «вечный поиск неизведанного, изначально присущая человеку страсть, уводящая в бесконечность» заставляет его чувствовать себя в обществе «благоразумных» обывателей изгоем, одиноким странником, который «поднимает глаза к небу, напрягает зрение и вглядывается через океаны в поисках счастливых легендарных островов, в поисках Аваллона, где никогда не заходит солнце».

Артур Ллевелин Мэйчен

Классическая проза