– Чегой-то вы быстро? – подозрительно прищурился Бог Воров, решительно отгоняя недобрые предчувствия. Вид каких-то полных емкостей в руках родичей весьма поспособствовал этому процессу.
– Пей, это поможет, – Лейм торопливо протянул брату бокал, а Элия ехидно прибавила:
– Поздравляю, ты благополучно избегнул чести быть выпотрошенным Нрэном на предмет изъятия разнообразных жидкостей своего драгоценного тела на анализ.
– Спасибо! Вот счастье-то! – Джей почти выхватил у Лейма бокал, подозрительно нюхнул содержимое, нашел налитую жидкость вполне приемлемой, и одним махом опрокинул в рот. Причмокнув, шулер уточнил: – А когда действовать начнет?
– Мгновенно. Вино с некоторыми специфическими добавками устранило фактор, препятствующий росту волос, шансы на рецидив болезни нулевые, – улыбнулась принцесса, вручая проныре графин. – А это для парней, пусть поделят на троих и выпьют. Кстати, вы пытались вылечиться самостоятельно какими-нибудь чарами, настойками или притираниями для роста волос?
– А как же, в тройном размере, – хмыкнул бог. – Только толку-то был хрен. А чего?
– Просто интересно, – покачала головой принцесса. – Но можешь быть уверен, теперь волосы у тебя вырастут.
– Тогда спасибо, пока! Я тебя люблю, сестра! – выпалил Джей и, трепетно прижимая к груди графин, испарился, торопясь поскорее обрадовать закадычных друзей.
Ехидная и почему-то немного задумчивая улыбочка играла на губах богини, смотревший на то место на ковре, с которого исчез Бог Воров.
– Чему ты улыбаешься, Элия? – робко спросил Лейм у принцессы.
– Посуди сам, дорогой, – не выдержав, открыто усмехнулась богиня. – Наша лысая компания принимала тройную дозу зелья для роста волос. А теперь наложенный отравой Мелиора стопор перестал действовать.
– О-о-й, – тихо протянул принц и, не сдержавшись, тоже хихикнул, представляя, во что вот-вот превратятся шкодливые братья, особенно Клайд и так отличавшийся избыточной волосатостью. 'Впрочем, – решил бог, – братья вполне заслужили маленькое наказание'.
Легкий перезвон дверного колокольчика и едва слышный шорох отвлекли Элию и Лейма от видения, представленного ярким воображением. Однако, представшее перед ними создание смотрелось ничуть не менее, если не более оригинально.
В двери влетела запыхавшаяся, донельзя довольная принцесса Мирабэль в очаровательном винно-красном платье со скромным серебряным шитьем по широкому воротнику и манжетам.
– Элия! Прекрасный день! Как хорошо, я застала тебя дома! Лейм, привет! Посмотрите! Вам нравиться? Мне идет? – девушка закружилась по комнате, демонстрируя себя во всей красе, и поочередно обняла кузину и брата.
От маленьких туфелек до самой шейки Бэль была восхитительным образцом изящества – юная, только-только вступающая в ту пору, когда бесцветный бутон начинает наливаться нежным светом, девчушка. Но выше! Милое личико-сердечко эльфиечки обрамляли короткие, косо и криво (вероятно, самостоятельно) обкромсанные прядки кудрявых темно-каштановых, отливающих рыжиной волос.
– О, Творец, – пробормотал Лейм. Несмотря на упоминание наивысшей силы во Вселенной, места для восторга в голосе молодого бога не нашлось.
– Что? Вам ничуточки не понравилось? Брат, почему ты огорчился? – чутко уловив эмоциональный настрой самых любимых родственников, растерянно поинтересовалась Мирабэль.
– Дорогая, зачем ты остригла свои восхитительные длинные волосы? Тебе так шла прежняя красивая прическа! – попыталась во всем разобраться Элия.
– Мне надоело! Они без конца путаются, расплетаются, лезут в глаза, по десять раз на дню расчесываться приходится, – нахмурилась Бэль, притопнув ногой. – Больно, когда узелки разбирают и туго заплетают. Никакой красоты я в них не видела, одни неприятности. А сейчас вообще все стригутся и налысо бреются! Нрэн, Джей, Клайд, Элтон, Рик! Даже Энтиор с Мелиором с висков волосы выстригли! Это так удобно! Почему всем можно, а мне нельзя? Странная дискриминация!
– А ты девушек лысых или коротко стриженных в последнее время при дворе много видела? – тактично поинтересовалась Богиня Любви, подозревая, что коли в ход пошло свежевычитанное Бэль словечко 'дискриминация', жди скандала, если не удастся убедить подросшую сестричку в ее неправоте.
– Ни одной, – подумав, честно признала эльфиечка упавшим голосом. – Так что, нельзя было волосы стричь? А мне так понравилось, голове легко, ничуть не жарко, удобно, – Бэль тяжко вздохнула, начиная подозревать, что все в этом мире придумано для комфорта мужчин.
Уж больно уморительная мордашка была у расстроенной сестренки. Элия не выдержала и фыркнула, переглянулась с Леймом, и боги начали от души смеяться. Полминуты Бэль, сурово нахмурив брови, наблюдала за преступным приступом веселья, а потом улыбка проскользнула на ее губы, и вот уже девчушка начала заливисто смеяться сама.