Эта печальная история еще не закончена и тянется она в одной республике бывшего СССР, граждане которой вынуждены массово уезжать на заработки. Кто в Россию, кто в Европу. Благо, что до Европы недалеко. И вот, представьте, в этой независимой республике есть большая семья — старенькая мама в деревне, дети, внуки, даже правнуки. Почти все дети уехали в Россию — выхода нет. Одна сестра осталась, и на семейном совете было решено — мама в деревне одна жить не может. Да и как? Воды натаскай, в туалет зимой побегай (а республика хоть и южная, но морозы там бывают), хатку подмети, обед на печи свари. А маме восемьдесят. Оставшейся сестре было предложено маму забрать к себе в город:
— А мы тебе за это будем платить. И на содержание мамы, и даже за твои труды.
Дело было осенью, а в ночь перед Рождеством в Москву звонок из маминого села от дальнего родственника. Если переводить с обсценной лексики, то получится примерно следующее:
— Ах вы, такие-сякие, да как же вы можете!
Оказывается, сестрица от мамы устала, вызвала такси, полуживую старушку в такси запихала и домой отправила. Без денег. Таксист довез, а платить нечем. Старушка поковыляла к родственникам, те заплатили, но вернуть бабушку в ее хату рука не поднялась. Потому что там холодно и есть нечего.
В семье началось расследование, в результате которого выяснилось, что сестра деньги себе прикарманивала, маму кормила пустыми макаронами и отнимала у нее пенсию. Мало того, забрала деньги, отложенные на похороны, со словами:
— Зачем тебе? Я тебе гроб сама куплю.
Семья так и не пришла к определенному выводу. Кому-то надо возвращаться, бросать работу и ухаживать за мамой. Но кому?
С другой стороны, бывает же так, что отношения с родителями не складываются. Не складываются, и все. Это не кажется мне неестественным — друзей мы выбираем, родителей отнюдь. Вот и получается, что любви особой в семье нет, папа с мамой — довольно посторонние люди детям, а часто и друг другу. И чтить их приходится, ломая себя через колено.
Этот сверхценный дар мы получаем от родителей и должны относиться к ним с уважением. В любых обстоятельствах.
О.: Даже если благодарить мы их можем только за факт рождения? Даже если больше не за что?
Э.: Все равно нужно благодарить. И эта благодарность особенно важна, когда для родителей наступает еще один момент, в котором человек ничего не решает. Момент смерти. Благодарность есть сопровождение родителей к этому важному моменту.
О.: В какой степени нужно осуществлять это сопровождение?
Э.: В такой же, в какой родители сопровождали при рождении. Ты как женщина должна это даже лучше понимать, чем мужчина. Вряд ли рождение твоей дочери было для тебя легким и приятным мероприятием.
О.: Как вспомню, так вздрогну.
Э.: Ребенок должен помочь родителям, когда они рождаются в жизнь вечную. И это тоже можеть быть больно и мучительно.
О.: Представь себе не такую уж редкую ситуацию — родитель наградил ребенка жизнью и смылся. Чаще это бывает с мужчинами. Смылся и появился, как в кино — когда дитяти лет двадцать. Все проблемы младенческого и подросткового возраста решены, ребенок даже обучен профессии. «Ага, — говорит папаша, — теперь я старенький, и ты меня обязан содержать и уважать!» Некоторые даже в суд подают на алименты. И это законно, если сам он от алиментов не бегал. Поверь, ребенок в этом случае на родителя злится. Мягко говоря.
Э.: От факта, что родитель неожиданно сделался героическим летчиком или капитаном дальнего плавания, суть не меняется. Он дал жизнь. С другой стороны, уважение и любовь должны быть взаимными. И если от родителей этого не получаешь, то и им давать не очень хочешь. Если связь разорвана, ребенку просто негде понять, как это работает.
О.: И что делать сыночку, если спустя десятилетия к нему вернулся папа-летчик?
Э.: Наверное, для начала понять, что это действительно его биологический отец, даже если его воспитал другой человек. И если это раскаяние и желание наладить отношения, то стоит пойти друг другу навстречу.