— Какой… мусор? — Решительно притиснув его грудью, чем вынудила отступить к стене, я грозно насупилась, обещая взглядом всевозможные кары за промедление с ответом. — И куда ты его вынес? Конкретно!
— Ну… — с самым отсутствующим видом супруг подбородком качнул в сторону распахнутого и сейчас девственно пустого шкафа, — все что там валялось…
— Валялось!? — Я выплюнула вопрос с яростью, достойной кобры. — Куда!?
— В лес отнес! — Куда более резво отчитался муж, которого, наконец-то, проняло моим бешеным видом. И чуть более робко переспросил: — Аа… не надо было?
— С ума схожу! — Медленно выдохнув и выхватив морковь, я со злости впилась в корнеплод зубами, перемалывая твердую пищу с неумолимостью жерновов. — Где мое успокоительное?
Развернувшись к стеллажу с зельями, решила накапать себе десять капель. Вообще, оно у меня для обморочных клиентов припасалось. Но всего пара суток супружеской жизни — и… я пью его уже сама.
Инстинктивно зацепила глазами и склянку, задвинутую подальше — самолично сваренное контрацептивное зелье долгого срока действия. Какое облегчение, что я озаботилась им совсем недавно: сварила и опробовала.
— Мужчины в таверне говорили, что вся тяжелая работа по дому и хозяй… — вновь забубнил супруг, но я снова перебила:
— Тебя кто-нибудь видел?
О том, что случившееся отдает прямо-таки нездоровым везением старалась не думать. Муж-глупец является домой глубокой ночью, отчего-то решает именно в этот момент вынести мусор, и совершенно спокойно под видом мусора прет в лес тело… кхм… злоумышленницы, до поры до времени заботливо обездвиженное супругой и совместно припрятанное в шкафу! Сказки и то звучат правдоподобнее!
Ведьмам так не везет. Вот никогда. Да, так вообще никому не везет…
Ох, не к добру все это. Страшно узнавать подробности.
— Кто же увидит-то в самый темный час? И луна за облака зашла — темень стояла непроглядная, — отчет Трушика обнадеживал.
— А в лес почему понес?
Так прозорливо для идиота, что вдвойне подозрительно!
— Говорю, темно — с дороги сбился, — голос мужа зазвучал тише — смущенно.
Хм… Да, если подумать, то тропинка, что ведет к лесу, не так далеко расположена от дороги к центру Удолья. Ну, если свернуть с нее градусов на девяносто…
— Пьян был… — словно догадавшись о моих мыслях, тихо сознался муж.
— Так бы сразу и сказал!
Я облегченно выдохнула: это объясняет хождение зигзагами и даже рвение на ниве супружеских обязанностей!
— Быстро, — запахнув предупредительно наброшенный на мои плечи халат, я окинула пристальным взглядом муженька. Вид — дурак-дураком! Но это-то и смущало больше всего. Перекошенное лицо и капающая на грудь слюна никак не вязались с обеспокоенной нестыковками в поступках муженька интуицией ведьмы. — Собирайся!
Лучше один раз проверить, чем десять расспросить. Поэтому я вознамерилась прогуляться по лесу. А что? Я ведьма, имею моральное право разгуливать в чащёбе.
— Как же завтрак?.. — Супруг было заныл.
Но я в качестве ответного знака внимания ловко заткнула ему рот подвернувшейся под руку морковью. В самом деле, по ощущениям эти корнеплоды в моем доме уже валяются на каждом углу. Сама тоже погрызла за компанию.
Через четверть часа оперативных сборов, когда я фурией носилась с этажа на этаж, а Трушик флегматично умывался и натягивал свои немногочисленные пожитки, мы выдвинулись в направлении лесной тропки. Под ручку, как и положено счастливым супругам, совершающим дневной моцион.
Шли в сторону окраины? Так молодоженам свойственно стремление к уединению.
— Здесь, — уверенно ткнул пальцем муженек, когда мы прилично так протопали в глубину примыкавшего к городку ельника. — На этой полянке и бросил.
Подтверждением ему служило место с сильно примятой травой. Принюхавшись, благодаря отличному обонянию ведьмы, я уловила едва приметный запах винных паров и куда более сильный — сопревшего тела. Должно быть, городская сплетница без чувств «проторчав» день в шкафу изрядно пропотела. На траве она провалялась до утра, но пришла в себя и убрела в Удолье еще до росы.
Разумеется, помнить толком ничего не будет. А что уж там она себе вообразит — не мое дело. Бросив взгляд на город, убедилась, что с этой стороны обзор наглухо перекрыт высокими каменными стенами, до ближайших городских ворот, как и до проезжей дороги — далеко. Маловероятно, что ночью путник какой мог бы стать нечаянным свидетелем.
По всему выходило, что муж-дуралей сгодился мне очень вовремя. И что мне чудом удалось выкрутиться из очередной передряги… Только вот ведьмы в чудеса не верят.
Вернувшись в лавку, продолжая обдумывать случившееся, подхватила брошенную накануне со снедью корзину. Большая часть продуктов пропала — их я сразу перекидывала в другую корзину, приспособленную под мусор. Сразу и выкину, а то всю лавку провоняют не хуже давешнего гробовщика.