Лёша приподнялся надо мной. Он выглядел так, словно хотел меня поцеловать. Но потом замер, понимая, что его брат только что кончил мне в рот.
Демьян искривил губы в понимающей усмешке и сам склонился надо мной.
— Поцеловать тебя?
Он дунул горячим ветерком дыхания на мои губы.
— Красивые губки, Рин. Мне они всегда нравились.
Брат мужа коварно улыбнулся, послав мне один из обжигающих и говорящих взглядов, которым можно было расплавить эскимо меньше, чем за минуту.
Я сама непроизвольно потянулась навстречу и неожиданно замерла у самой кромки его красивых губ.
Он не двигался мне навстречу, замер. Я прикрыла глаза, слушая сердцебиение. Своё и его.
Бешеная барабанная дробь со сбивающимся тактом.
Наощупь прикоснулась к мужским губам. Несмело, как будто впервые целовала его.
Демьян вздохнул, словно набрал воздуха в лёгкие перед погружением в воду. Он позволил мне целовать себя.
Неспешно и осторожно. Не пересекая запретную черту. Просто поцелуй без прикосновения языками.
Мне казалось, что поцелуй и не перерастёт во что-то большее. Но Демьян решил иначе. Он начал прижимать меня своим телом к кровати. Обхватил голову так, что не отвернуться.
Демьян стремительно провёл языком по моим губам, заставив их открыться. Вторгся языком в мой рот, опьяняя своей властью и решительностью.
Он смял мои губы своими.
Сердце затрепетало в груди. Тело начало млеть и отзываться на поцелуй приятным покалыванием на кончиках пальцев.
Я не могла остановить его поцелуй и не хотела.
Пикантности ситуации добавляло то, что он сам недавно кончил мне в рот, а муж наблюдает за нашим поцелуем.
Жадным и откровенным. Наши языки сплетались и ударялись друг о друга.
Это был уже не поцелуй, но секс.
— Хочешь, я покажу тебе секс без проникновения? — вспомнила я слова Демьяна в первые дни нашего знакомства.
Тогда меня подобные заявления то и дело вгоняли в краску.
Не знаю, почему именно сейчас я начала отматывать плёнку назад и с щемящим ощущением груди вспоминать всё, что было.
Я не могла сделать вдох полной грудью, а последние частички кислорода похищал из моих лёгких Демьян.
Его поцелуй опьянял властностью и уверенностью. Демьян целовалт меня так, словно хотел по меньшей мере сожрать.
Это надо было прекращать.
— Демьян! — попыталась остановить его, толкая в грудь руками.
Он не реагировал, прижимался ещё ближе и сильнее. Вырисовывал влажные порочные спирали языком у меня во рту, сводя с ума.
У него не срабатывали тормоза. Он дерзкий и прущий напролом. Во всём. Всегда.
Мне тяжело.
Это почти больно — целоваться с ним так после всего, что было.
— Демьян! — с новым жалобным стоном попросила я, уже начиная паниковать от его напора, не сулящего мне ничего хорошего.
Демьян отодвинулся на несколько сантиметров.
— Хочешь, чтобы я остановился?
Он водил своими губами по моим, собирая судорожные всхлипы.
Меня внезапно скрутило эмоциями, которым я не могла подобрать определение. Но от них меня трясло, и слёзы начали течь из глаз.
Демьян изумлённо приподнялся, разглядывая меня, как что-то неизведанное.
— Дёма, тебе лучше уйти.
Лёша притянул меня к себе на грудь и толкнул брата раскрытой ладонью в плечо.
— Я не шучу. Карине дурно от тебя и твоих заскоков. Наигрался? Кончил? Уходи.
Демьян злым рывком поднялся с кровати.
— Приходить, когда захочется повторения, так? За сексом?
— Нет, — прошептала я в грудь Лёши.
— Она сказала тебе нет, — ответил муж громче и твёрже, чем я.
— Ты у нас работаешь за суфлёра или за глухой телефон? — раздражённо спросил Демьян. Наклонился, стискивая моё плечо пальцами.
— Рин, ты чего? Не понравилось?
— Ка-ри-на, — произнесла по слогам и снова начала плакать, размазывая солёные слёзы по груди Лёши. — Уходи, Демьян. Уходи!
Громко хлопнула дверь.
Демьян ушёл. Только мне не стало ни капельки легче.
Брат мужа просто вышел из комнаты, но остался болезненной занозой в сердце.
15. Карина
Лёша дал мне успокоиться и терпеливо осушил выступившие слёзы.
— Давай примем душ, хорошо? Нужно просто смыть с себя это всё, и станет легче.
Не дожидаясь согласия, Лёша отнёс меня в душ и выполнил все процедуры сам. Терпеливо и молча. Я цеплялась за шею мужа руками. Его рубашка намокла очень быстро. Но Лёша не обращал на это внимание.
Происходящее сейчас так сильно напоминало события прошлых лет, что меня опять начало выбивать на новый виток спирали горьких слёз.
— Карин, успокойся. Всё хорошо. Хорошо… — убеждал меня Лёша.
Но не так просто избавиться от всего, что копилось внутри.
Я думала, что чувства давно перегорели и развеялись траурной дымкой. Оказывается, что нет.
Они накапливались внутри и немного приглушались действием таблеток.
Замалчивались мной и тщательно игнорировалось.