Театралы снова дружно рассмеялись. Весёлые они ребята, чувствую, скучать с ними не придётся. Но смех сразу прекратился, как только руководитель продолжил серьёзным тоном:
– Друзья, времени у нас на репетиции осталось мало, Нов… – не договорил он.
– Павел Сергеевич, не волнуйтесь, нам хватит двух месяцев, – актёр перебил режиссёра.
– Глеб, ты забыл, Новый год на носу. – Павел недовольно посмотрел на него, всем своим видом давая понять, что ему не понравилось, что тот его перебил.
– Точно, – актёр с виноватым видом хлопнул себя ладонью по лбу, – и как я забыл о ёлках.
– Я только что общался с сотрудником администрации. Как обычно, они попросили нас провести праздники для школьников. Так что, считай, пару недель мы теряем.
– А когда же мы будем репетировать? – Ирма округлила глаза. – Разве мы успеем подготовиться к премьере?
– Обязаны успеть. К сожалению, мы не можем её ни отменить, ни перенести, – ответил Павел и добавил: – Придётся репетировать по вечерам, а что делать?
– Ладно, переживём, нам не впервой, – согласился Глеб.
– Тебе хорошо говорить. Ты молодой, холостой, а я и так сына вижу по великим праздникам, – вздохнула Ирма. – У мужа тоже сейчас напряжённая работа, у них идёт предпремьерная подготовка фильма. Вы же знаете, он снял новогоднюю комедию, а когда её показывать, как не в праздники? К тому же няня собралась ехать отдыхать. В общем, всё одно к одному, даже не знаю, что с Лукой делать. – Ирма удручённо покачала головой.
– А что делать? – сказал Павел и тут же добавил: – Бери его с собой. В прошлом году он играл у нас в новогоднем представлении, вот пусть и в этом участвует. Скучать ему здесь не придётся, к тому же Хичкок в театре. Они же тоскуют друг по другу а так целый день будут вместе. А теперь ещё Сократу нас появился, да плюс Тарантино. Друзей у него будет целая ватага. – Он улыбнулся и, широко разведя руками, уточнил: – Что поделаешь, Ирма, такая наша актёрская доля.
– Спасибо, Павел Сергеевич, за предложение, – кивнула та. – Чувствую, так и придётся поступить, поскольку другого выхода нет.
– Не волнуйтесь, ребята, всё будет хорошо, обещаю после премьеры всем дать отгулы, – успокоил режиссёр и снова обратился к актрисе: – Ирма, купите, пожалуйста, хорошего корма и накормите зверей.
Мой первый театральный день закончился хорошо. Вечером, после репетиции, Ирма, Хичкок и я отправились в магазин. Люди с нескрываемым восторгом провожали нашу троицу взглядами, пока мы шли в сторону супермаркета. Некоторые прохожие доставали смартфоны и снимали нас на видео, перед нами даже машины останавливались, пропуская нас на другую сторону дороги. Многие узнавали актрису, приветливо здоровались, просили дать автограф или сделать селфи. Хоть я и терпеть не могу это иностранное словечко, но всё равно периодически его произношу и ничего не могу с этим поделать, поскольку живу в современном мире.
Слово «селфи» – это своего рода дань времени. Меня поразило больше всего то, как Ирма любезно улыбалась каждому и никому не отказала в просьбе. Помню, как я капризничал и раздражённо фыркал, когда по возвращении из космоса меня доставали надоедливые репортёры. Оказывается, актриса не менее популярна, чем я. Нас с ней даже в магазин пустили, вот что значит быть известным и знаменитым. Ирма не поскупилась и купила мне самый дорогой корм, что был на прилавке, при этом не забыла и о Тарантино. А потом мы вернулись в театр, актриса накормила всех нас. Наелись мы от пуза и отправились на прогулку. Внутренний дворик театра оказался маленьким, зажатым между стенами домов старинных построек. У решётчатого забора стояли две лавочки для отдыха, а перед ними находилась небольшая клумба, на которой росло раскидистое дерево. Тарантино принялся рыть землю, разбрасывая комья в разные стороны. Закончив с туалетом, он почесал когти о ствол дерева, с ловкостью молодого кота вскарабкался по нему и оседлал ветку, как всадник.
– А где же мы будем спать? – задал я мучивший меня вопрос.
Ирма в это время кидала палку, а бигль носился за ней, точно спринтер. Стоило актрисе только замахнуться, как пёс срывался с места и мчался, даже не зная, куда палка приземлится. Мне казалось, для него это неважно, главное – бежать. До сих пор не могу понять, почему собаки так любят эту игру? Что интересного в том, чтобы носиться, как умалишённый, за поленом? Хотя, чего уж греха таить, я тоже любил в детстве побегать за клубком ниток. Помните, я вам рассказывал, как однажды запутался в них и Катерине пришлось даже взять в руки ножницы, чтобы освободить меня от пут, а я в тот момент думал лишь о том, как бы она, не дай бог, не отрезала мне ухо[15]
.– Я всегда ночую у охранников, их комнатушка находится при входе, если ты обратил внимание, – ответил запыхавшийся пёс.