Читаем Броненосец «Слава». Непобежденный герой Моонзунда полностью

С приближением времени таяния льда подходило время проведения приёмных испытаний «Славы» по всем частям. Для этого 5 апреля 1905 г. была образована специальная «Комиссия, назначенная приказом главного командира флота и портов и начальника морской обороны Балтийского моря вице-адмирала Бирилёва» за № 120. Председателем её состоял начальник отряда судов Балтийского моря, назначенных для испытаний, контр-адмирал А. Н. Паренаго. В состав комиссии входили — Корпуса инженеров-механиков флота генерал-майор Линдбек, полковники Абрашкевич и Похолкин, Корпуса морской артиллерии полковник Шульц и подполковник Голубцов, минный офицер лейтенант Страховский, а также Корпуса корабельных инженеров старший помощник судостроителя Утешев. Очередным приказом № 128 главный командир предписывал контр-адмиралу Паренаго немедленно начать испытания на «Славе» башенных установок, динамо-машин и элеваторов.

7 апреля «Славу» ввели в Александровский док. Установка линкора в доке была выполнена успешно, обрадованный Бирилёв телеграфировал в ГМШ: «„Слава“ прекрасно установилась в доке». [45] Наибольшая погибь флоров составляла не более 20–22 мм, «но и то лишь под дубовыми накладками против жёстких мест корпуса». Сразу после откачки воды приступили к заделке прикильного выреза. К установке «Славы» доковое начальство отнеслось крайне щепетильно — всем был памятен первый ввод в док 22 августа 1903 г. головного линкора серии «Императора Александра III», ознаменовавшийся крупной неудачей: броненосец получил изгиб флоров со стрелкой погиби местами до 130–135 мм. Причины заключались в некорректно составленном чертеже постановки, «излишней доверчивости» доковых мастеров к полученному «официально утверждённому чертежу» и «недостаточной осторожностью» при установке. В апреле 1904 г. проблемы были и у «Бородино», у которого в процессе постановки оказались помятыми некоторые флоры между III и IV стрингерами. Теперь к делу отнеслись с должным вниманием и ответственностью — чертёж установки «Славы» был разработан на основе всесторонней оценки опыта ввода в этот же док весной — летом 1904 г. всех его четырёх собратьев («Князь Суворов» вводился даже дважды — в мае и июле), с запасом, как отмечалось, «высоты клеток на усадку в 2 дюйма». Фактически же размер усадки составил менее 1/16 доли дюйма.

Постановка в док, как и ранее на всех «орлах», была использована для заделки прикильного выреза листами судостроительной стали в 17,5 мм (11/16″), по вертикальным доборам из листовой стали с обделочным угольником (в плоскости соответствующих шпангоутов), а также «окна» в ахтерштевне — лиственничными брусьями 127 х 229 мм (5 х 9″) в два ряда с обшивкой их листами стали толщиной 3,2 мм (1/8″), крепившимися к дереву 176 76-мм шурупами. Помимо этого, согласно наряду ГУКиС № 10560 от 13 марта 1904 г., боковые кили «Славы» были укорочены на 60 фут (18 м). После окраски подводной части корпуса «тремя номерами патента Гольцапфеля» корабль вывели из дока. [46]

13 апреля комиссия контр-адмирала Паренаго освидетельствовала на «Славе» работы по изготовлению и установке парового отопления, исполненного заводом Бейера. Система была успешно испытана давлением в 270–280 фунтов (19–19,7 атм.) и принята в казну. В тот же день после контрольной стирки 4 партий матросского белья «разного качества» приняли судовую прачечную, изготовленную и смонтированную заводом «Теплота». [47]

22 апреля комиссия освидетельствовала и приняла в казну два опреснителя системы Круга и их помпами и прочими принадлежностями, изготовленными заводом «Людвиг Круг» по наряду Балтийского завода от 5 июня 1903 г., 29-го — два главных пожарных насоса и два трюмно-пожарных насоса системы Блэка, установленных в машинных отделениях. Попутно были испытаны три трюмно-пожарных помпы той же системы и одна помпа, перекачивающая пресную воду из-за борта в цистерны и обратно. Все помпы работали нормально; комиссия постановила испытание пожарной системы признать удовлетворительным и наряд Балтийского завода считать выполненным. 5 мая приняли судовую мастерскую, 23-го — «водопровод солёной, береговой и опреснённой воды», выполненный фирмой «Кольбе» с 5 насосами Вортингтона и двумя ручными вспомогательными помпами (подающими солёную, береговую и опреснённую воду из-за борта, двойного дна и запасных цистерн в расходные, а также в командные гальюны, все ватерклозеты, умывальники, бани командную и кочегарную, души в банях и на верхней палубе). [48]

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее