Читаем Броненосец «Слава». Непобежденный герой Моонзунда полностью

По типу взаиморасположения основных связей корпуса, как и все линкоры серии «Бородино», «броненосец № 8» несколько отличался от большинства прежних русских тяжёлых артиллерийских кораблей, набор которых выполнялся по традиционной английской бракетной (клетчатой) системе Э. Рида, где неразрезными являлись основные продольные связи — киль и стрингеры, и именуемой поэтому продольно-клетчатой. Вся пятёрка воспроизводила систему набора исходного образца — «Цесаревича», предложенную незадолго до этого французским инженером А. Кронье: вертикальный киль, скуловой стрингер и шельф выполнялись непрерывными, а непроницаемые шпангоуты в каждой ветви состояли из двух частей (киль-стрингер и стрингер-шельф). Прочие 8 днищевых стрингеров (по 4 с борта) выполнялись из участков, представлявших собой единое целое только в пределах от одного непроницаемого шпангоута до другого, бортовые стрингера выше скулового представляли собой отдельные куски, вставленные между шпангоутами (интеркостели). Подобная конструкция лучше отвечала задаче поддержания огромного веса, приходящегося на борт (два полных бортовых пояса, 6″ башни, 75-мм батарея и её броня), и более оптимально обеспечивала крепость последнего.

Корпус «Славы» набирался из 100 шпангоутов со шпацией 1200 мм (наследие метрической системы «Цесаревича»). Шпангоутные рамки и интеркостели выполнялись из листовой стали толщиной 9,5 мм (3/8″) с обделочным угольником 89×89 мм (водонепроницаемые шпангоуты) и 76×76 мм (проницаемые, или флорные). Стальные фор— и ахтерштевни, а также кронштейны гребных валов и рулевая рама отливались по моделям «Князя Суворова» и имели вес соответственно 11,43, 17,72, 25,47 и 16,0 т.

Испытание их производилось «падением из положения в 45° на твёрдо утрамбованный грунт». [58]

Толщина наружной обшивки борта на миделе составляла 15 мм (19/32″), внутренней — 9,5 мм (3/8″); днища — соответственно 17,5 и 11 мм (11/16 и 7/16″). Высота междудонного пространства равнялась 1,00 м. По типу скрепления поясьев обшивки между собой «Князь Суворов» и «Слава» отличались от первых трёх кораблей серии и были схожи с «Цесаревичем» — ко времени начала изготовления обшивки первого из них на Балтийский завод были доставлены из Франции станки для выполнения высадок в кромках листов наружной обшивки. Бортовая обшивка полубака и фальшборта спардека выполнялась из стальных листов толщиной 5,6 мм (7/32″). К наружной обшивке по линии V стрингера через 2 угольника приклёпывались скуловые кили высотой 1 м.

Главные поперечные водонепроницаемые переборки, простиравшиеся от борта до борта, а по высоте — от днища до нижней палубы, располагались на шп. 5, 13 (до полубака), 26, 32, 44, 59, 71, 87 и 91. Помимо этих «полных» переборок поперечные водонепроницаемые переборки, ограниченные внутренним бортом и внутренним дном, имелись на шп. 34, 42, 49 и 57. Пространство между этими и ближайшими к ним «полными» переборками служило поперечными боевыми угольными ямами (шп. 32–34, 42–44, 47–49 и 57–59). Переборки выполнялись из стальных листов толщиной 9 мм и подкреплялись вертикальными стойками (швеллерного или зетового профиля) от верхнего дна до нижней палубы.

Как и все корабли серии «Бородино», «Слава» имела, по примеру «Цесаревича», трюмную продольную переборку из двух листов по 19,85 мм (в сумме 39,7 мм), простирающуюся от 13 до 87 шп. Внизу эта переборка упиралась в V (непроницаемый) стрингер, вверху — в скос нижней броневой палубы. Со стороны трюма переборка подкреплялась по всей высоте вертикальными стойками швеллерного сечения 203×76 мм (8×3″).

На миделе её отстояние от наружного борта составляло 1,98 м, в оконечностях уменьшалось до 1 м и менее. Примечательно, что по высоте наружный лист этой переборки не доходил до скоса, так что в верхней своей части на протяжении около 1 м она уменьшалась по толщине до 19,85 мм (25/32″). Выше скоса нижней палубы эта вертикальная переборка простиралась от 13 до 87 шп. параллельно наружному борту и образовывала коридор за бортовой бронёй. Она выполнялась из листов толщиной 15 мм и подкреплялась со стороны борта в плоскости шпангоутов вертикальными стойками швеллерного сечения 178×70 мм (7×2,5″). Из других внутренних переборок внимания заслуживает продольная переборка в диаметральной плоскости от шп. 59 до шп. 71 между котельными отделениями, выполненная из гофрированных 9-мм листов. Достоинством этой переборки, копирующей аналогичное решение «Цесаревича», было отсутствие необходимости в вертикальных подкрепляющих конструкциях.

Нижняя и верхняя палубы настилались по бимсам из швеллера 203×76 мм, средняя — 305×76 мм (12×76″), причём нижний пояс швеллера подкреплялся равнобоким угольником, полубак — 178×70 мм (покрыт стальными листами настилки толщиной 5,6 мм). Наружный борт за бортовым поясом подкреплялся от нижнего шельфа до средней палубы стойками швеллерного профиля 305×76 мм, выше, между средней и верхней, и далее, до полубака, — швеллером 203×76 мм. Бортовой коридор за бронёй подкреплялся вертикальными стойками 178×70 мм.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее