Кузен и ученик Будды Шакьямуни. За восемь лет до паранирваны Шакьямуни Девадатта потребовал, чтобы тот, будучи в преклонном возрасте, удалился на покой и передал ему руководство сангхой. Шакьямуни отказался, и тогда Девадатта решил его убить. Благодаря своим магическим силам, Шакьямуни избегнул опасности. Из-за греховности Девадатты под его ногами разверзлась земля, и он очутился в преисподней, где ему суждено провести 100 000 кальп.
Рассказы, легенды и сказки о предшествующих существованиях Будды. Как писал академик В. Н. Топоров, «впитав в себя лучшие соки древнеиндийского фольклора из эпох, предшествующих зарождению буддизма, джатаки сумели традиционную для Индии тему метампсихоза представить как серию эпизодов из жизни Гаутамы и предшествовавших ему будд. Неслучайно, что из джатак были заимствованы многочисленные сюжеты, разрабатывавшиеся в индийском искусстве и литературе».
В японском буддизме божество — охранитель людей, защитник детей и путников, также оказывает милосердие грешникам в аду. Небольшие каменные статуэтки Дзидзо часто ставятся на обочинах дорог.
Направление в японском буддизме, ставшее в XX столетии чрезвычайно популярным на Западе. Дзэн, подобно другим формам буддизма, пришел в Японию из Китая; по учению дзэн, просветление приходит мгновенно, подобно озарению
Известный популяризатор дзэн-буддизма Д. Судзуки так характеризовал это направление:
«Дзэн решительно не является системой, основанной на логическом анализе. Скорее он является антиподом логики, под которой я имею в виду дуалистический образ мышления. Дзэн не лишен, конечно, умственного элемента, то есть дзэн — это ум в целом, и в нем мы находим много вещей; но ум этот не представляет собой нечто составное, разделяющееся на множество качеств и не оставляющее за собой ничего после такого разделения.
Дзэн не учит нас ничему в смысле умственного анализа, а также не предлагает никакой определенной доктрины в качестве руководства для своих последователей. В этом отношении дзэн, если можно так выразиться, произволен. Последователи дзэн могут иметь свои доктрины, но эти доктрины носят сугубо личный, индивидуальный характер и не обязаны своим возникновением дзэн. Поэтому дзэн не имеет дела с какими-либо „священными писаниями“ или догматами, а также не содержит в себе никаких символов, посредством которых раскрывалось бы его значение. В таком случае, если бы меня спросили, чему учит дзэн, я ответил бы, что он ничему не учит. Какие бы учения ни содержались в дзэн, они исходят только из умов их создателей. Мы сами себе создаем учения. Дзэн только указывает путь. Если этот факт сам по себе не есть учение, то в дзэн положительно нет никаких специально созданных принципиальных доктрин или какой-либо основной философской системы. Дзэн претендует на родство с буддизмом, но все буддийские учения, содержащиеся в сутрах и шастрах, с точки зрения дзэн не больше чем макулатура, польза которой состоит лишь в том, что с ее помощью можно только смахнуть пыль с интеллекта, но не больше. Не думайте, однако, что дзэн — это нигилизм. Всякий нигилизм — это самоуничтожение, не имеющее конца. Негативизм разумен как метод, но высшая истина — это утверждение. Когда говорят, что дзэн не имеет никакой философии, что он отрицает всякий авторитет, что он отбрасывает всю так называемую „священную литературу“, не следует забывать, что в самом этом отрицании уже содержится нечто совершенно положительное и бесконечно утверждающее».
В китайском буддизме один из наиболее популярных бодхисаттв, спасающий души умерших из преисподней, китайский «вариант» буддийского бодхисаттвы Кшитигарбхи. В народных представлениях Дицзанван — владыка преисподней, которому подчиняются правители 10 подземных судилищ.