Удача, словно испытывая мое терпения, повернулась ко мне задом, когда я обнаружила, что в банке была очередь. Еле дождавшись своего номера на табло, торопливо протянула листок с реквизитами кассиру. Взгляд скользнул по цифрам, а мозг невольно отметил, что на документе не был указан получатель. А, может, я просто от волнения была невнимательна? Лишь поставив подпись в квитанции, смогла немного выдохнуть. От количества нулей в платежном документе кружилась голова. Хоть я и понимала, что со счета эти деньги не могли никуда исчезнуть, всё равно было страшно нести ответственность за такую сумму.
– Алис! – послышалось за спиной, а я моментально ощетинилась, найдя на ком выместить накопившееся напряжение. Позади меня стоял Артём и преспокойно улыбался.
– Ты следишь за мной? – проговорила рассерженно, совершенно забывая про кассира и квитанцию.
– Нет, – очень натурально выпучил он глаза, выражая крайнюю степень удивления от подобных обвинений в свой адрес. – Я здесь всегда за квартиру плачу.
– Врешь, – выдала запальчиво, отходя от окна и пропуская вперед пожилую женщину.
– Зачем? Тебе прошлые квитанции показать? – не сдавался Тёма.
– Нет, – мотнула головой, двигаясь на выход. – Мне, в принципе, всё равно.
– Алис, – увязался за мной парень, – подожди. Я хотел извиниться за вчерашнее, – опережая меня и распахивая дверь, виновато проговорил Артём.
– За что именно? – изумилась его простоте. Будто так легко можно попросить прощение, и всё сразу исправится.
– За свое скотское поведение, – поймав меня за запястье, тем самым вынуждая остановиться, пояснил он. – Я не должен был тебя хватать. Не должен был говорить…
– Я прощаю тебя, – не желая его слушать и действительно не испытывая никаких чувств по отношению к нему, легко произнесла.
– Но? – усмехнулся Артём, улавливая мой настрой.
– Но на этом наше общение закончено, – уверенно добавила я.
– Так просто? – не отпуская моей руки, спросил серьезно Тёма. – Неужели я настолько тебе надоел?
– Ты перешел…– я не договорила, так как к горлу подкатил ком. Видимо последние дни расшатали мою нервную систему окончательно. Казалось еще слово и из меня вырвется фонтан. Голова закружилась, а я испугалась. Искала глазами куда можно спрятаться или хотя бы присесть. Артём нахмурился наблюдая за мной.
– Алис, ты в порядке? – произнес он настороженно.
– Нет, – честно ответила, всё больше опираясь на его руку. Силы стремительно покидали меня. – Мне нужно присесть…
– У меня тачка за углом, – взволнованно сказал Тёма, обнимая меня за талию и помогая идти в нужном направлении.
Набрав побольше кислорода в лёгкие, я хотела бы отказать, но тело стало ватным, а голова будто свинцовой. Последнее, что зафиксировалось в памяти это машина Артёма. До нее оставалось каких-то несколько шагов. Но как в бездну провалилась, теряя связь с реальность и едва уловив слова парня:
– Я позабочусь о тебе…
Глава 15. Руслан
Утро в хате Степки, как правило, вне зависимости от дня недели, всегда начиналось рано и… словно в дурке, короче.
– Дядь Луслан! Дядь Луслан, спаси-и-и!!!
Не успел я разлепить глаза, как на мою кровать с визгом запрыгивает Виола, младшая сестрёнка друга, начиная с детской непосредственностью отбирать у меня одеяло, чтобы спрятаться в нем.
– Что опять? – сдерживая ругань и болезненной стон от ломоты во всем теле, вопросил я у малой, всё-таки оторвав голову от подушки и посмотрев на нее. На лице раскрас индейца, судя по характерному аромату, созданный с помощью зубной пасты. Васильковые глазки хитро поблескивали.
– Ой… я тебя лазбудила? – невинно так задало вопрос это курносое чудо(вище).
Я молча протер заспанные лицо и вздохнул, краем глаза замечая открытую нараспашку дверь в свою комнату. Видимо, вчера настолько задолбался, что забыл запереться. И вот чем все это обернулось.
– Нет, мелкая, я уже…
– Виола, где ты?! – послышалось грозное со стороны коридора.
– Не хочу в сад, не пойду в сад! – законючила Виолка, мигом сдавая свое местоположение.
– Виолетта, мигом оделась и… – принялся бухтеть чрезвычайно бодрый Стёпа, в привычку которого уже вошло каждое буднее утро вылавливать эту засранку по всему дому. Меня друг одарил лишь скорбным взглядом, мол, ну извини, сам виноват.
А я если и был виноват, то разве только в том, что все ещё не съехал с этого места. Когда Степан предлагал мне пожить у себя, я даже и представить себе не мог, что окажусь в настолько полевых условиях. Нет, формально жаловаться было не на что. Комната отдельная есть, коммунальными благами не обделяли, даже иногда подкармливали. Только визги эти и вечная суета бесили временами. Особенно, когда пашешь чуть ли не сутки в сервисе, стараясь разобраться с воскресным завалом посетителей и наскрести бабла на свою будущую счастливую жизнь.