На улице все засыпало снегом, и в офисе у нас царило праздничное настроение. Не столько предновогоднее, сколько предсвадебное. Ведь уже в эту субботу наша Инга выйдет замуж. Странно, но за этот месяц мы с ней очень сблизились.
Завтра Инга взяла выходной, поэтому она устроила чаепитие для всех, кто сегодня работал. Для меня и Семеныча она организовала кофе. Я ее обожаю!
Завтра у меня занятий не будет. Их никто не отменял, просто мы с бегиннерами уже все занятия в этом семестре отработали. А у Леши-Алекса — семейные обстоятельства. У меня, можно сказать, тоже.
Платье, туфли на смену, запасные колготки и еще всякую мелочь я подготовила заранее, чтобы потом не бегать в поисках, например, губной помады. Василевс нервно ходил за мной по пятам, словно боялся, что я могу забыть самое главное — его покормить. Жоржик же спокойно плавал в аквариуме.
Сегодня с Лешей мы не увидимся, но это и понятно — ему еще Инге помогать. Но завтра он обещал за мной заехать.
И со следующей недели у меня каникулы! На работу только восьмого января! Разве сейчас есть кто-нибудь счастливее меня?
Глава 7 (23.12)
Свадьба. На скольких я побывала и на скольких была свидетельницей — не перечесть. И все же на этот раз все было по-другому. Впервые я шла на чужую свадьбу не одна.
И самое приятное — мне не нужно никуда торопиться. Леша должен заехать за мной через три часа, так что времени на подготовку у меня было предостаточно. Инга решила сделать выездную роспись в какой-то усадьбе. И поеду я туда, как королева. Погода, правда, немного подкачала, но с этим вполне можно смириться. К тому же, ближе к вечеру, обещали снег.
Я сидела на кухне в пушистом салатовом халате и с желтым полотенцем на голове. Медленно и с наслаждением потягивала кофе, жевала бутерброд с сыром и ногой гладила Василевса. Не скажу, что он был доволен подобными нежностями, но мужественно терпел. Благодать.
Вот высушу волосы, сделаю макияж — как раз и Леша приедет. Маму я еще вчера предупредила, что сегодня иду на свадьбу, так что с утра она мне не звонила. Но, как только я поставила пустую чашку на стол, зазвонил телефон. Мобильный, а не домашний. Значит, это была не мама.
— Алло?
— Доброе утро, Маша.
— Леша! Привет! Ты уже приехал?
Этого мне только не хватало! Мы еще не в тех отношениях, чтоб он видел меня в халате и без макияжа.
— Леша?
— Извини, Маша, я не смогу за тобой заехать.
Катастрофа! Катастрофа! Катастрофа!
— Что-то случилось?
— Да. Мне срочно нужно ехать в усадьбу. Там кое-какие проблемы.
— А я, тогда как?.. Я же даже не знаю, куда ехать!
А ведь день так хорошо начинался…
— Через два часа междугородний автобус будет забирать гостей с Каменной горки. Поезжай туда. Сможешь?
А у меня выбор есть? Подумаешь, всего-то и нужно, что собраться за час и в осенних сапогах (потому что зимние к платью не подходят!) мчаться к месту встречи или в переполненном метро, или не в менее переполненной маршрутке! Ха! Да проще простого! Да что за невезение такое! Возможно, Лешу обеспокоила слегка затянувшаяся пауза, потому что он сказал:
— Или возьми такси — я оплачу.
Первой моей мыслью было согласиться, но я вовремя остановилась. Все-таки, насколько я знала, половину всего торжества оплачивал именно он.
— Не волнуйся — сама доберусь! — Я попыталась добавить в голос, как можно больше уверенности. — Я уже большая девочка — справлюсь.
— Ты уверена?
— Конечно! — Я даже сама в это поверила.
— Хорошо. Встретимся на месте.
— Договорились!
Прощай моя красивая прическа, которую я вчера добрых полчаса изучала по ролику из интернета. Хорошо еще, что макияж много времени не занимает. Он, конечно, простенький, но мне нравится. Да и платье мое было выутюжено и со вчерашнего дня разложено на крес…
— Василевс!!!
— Мяу?
Рыжий паршивец (и когда только успел!) развалился на моем платье и вылизывался. Когда я его оттуда согнала, он еще имел наглость изображать из себя оскорбленную невинность! В общем, какое-то время мне пришлось потратить на то, чтобы отчистить платье от рыжих волосков, а потом снова его отутюжить. Дополнительную пайку Василевс, понятное дело, не получил.
Из маршрутки я выходила злая-презлая. Ноги мои задубели, и почти всю дорогу я делила сиденье с очень крупным и дурно пахнущим мужчиной. Ой, да ладно! Дурно пахнущим! Ха! Да от этого мужика смердело так, словно он две недели провалялся в помойной яме, а потом на него еще вывернули ведро с навозом! Очень надеюсь, что весь этот “очаровательный аромат” не смешался с моими духами.