Через неделю после того, как мы с Кайлом расстались, когда я немного пришла в себя, поехала сообщать родителям, эту замечательную новость.
Сказать, что они были обескуражены моим появлением, после четырёх лет неизвестности, это ничего не сказать. Какого было мое удивление, когда я узнала, что они развелись и оба уже имели другие половинки.
Я пришла в наш дом и увидела новую, милую хозяйку, испугалась, что он, выгнал мать, но оказалось, это она решила разорвать их отношения, так как больше не могла жить без любви, тем более их уже ничего не держало.
Отец не поскупился и приобрёл маме дом, оформив на неё. Они разошлись без скандалов и оба были счастливы. Изменились. Я смотрела на них и не узнавала, совсем другие люди, не знакомые мне.
Адель плакала, а Адам попросил прощение, за прошлые ошибки. Я рассказала, как жила все это время и, что произошло со мной. Это они предложили мне улететь отдохнуть в наш домик на остов, который оказывается отец, купил на деньги Кайла.
И я согласилась. Они так же оплатили мне сиделку и отправили проветрить мозги, чем я и занималась, этими месяцами.
Я начала новую жизнь налегке. Мои мысли, мои чувства, были в гармонии, хотя может беременность на меня так влияла.
Не знаю, как дальше сложиться моя судьба, но одно знаю точно… теперь я буду счастлива, мы будем счастливы.
— Не пора ли ложиться спать? — слышу Мари, которая выходит на улицу, приобнимает за плечи, немного растирает их.
Только сейчас понимаю, что замёрзла. Слишком была увлечена своими мыслями, не заметила, как уже стемнело. И легкий океанский ветер щипал кожу. Когда я смотрю на представший вид, не могу оторваться, тут так красиво и спокойно. И думается в разы лучше.
— Как можно спать в такой прекрасный вечер? — спрашиваю, указывая рукой на вид.
— Режим. Завтра рано вставать. Пойдём, — подталкивает к домику.
Я же кидаю последний взгляд на океан, уже начиная тосковать. Завтра лечу домой и теперь не скоро смогу сюда вернуться. Мне страшно, что, вернувшись, все поменяется в худшую сторону. Так хочется остаться, но не могу. Я не могу теперь думать только о себе.
Моя главная жизненная задача — это забота о моем малыше, который требовал должный уход и заботу.
Так грустно, что глаза начинает саднить. Вернувшись, будет крайне тяжело быть без Кайла, находится в квартире совершенно одной, вспоминать те дни счастья с ним и с этим как-то продолжать жить.
Выдержит ли мое сердце, не сломавшись окончательно?
Глава 79
Её образ появляется внезапно, разгоняя всех демонов, душивших все время, от неё идёт свечение, ангел не иначе. Мой ангел. И я тяну к ней руки, но достать никак не могу. Она начинает убегать, все дальше и дальше от меня.
Не бежит — порхает. Оборачивается, являя моему взору, свою улыбку, которая начинает согревать. Хватаю за руку, останавливаю и разворачиваю к себе. Так хочу обнять, это жизненно необходимо. Живот. Беременна. Безразличные голубые глаза. И меня выдергивает из этого кошмара.
Открываю глаза, вспоминая сон, который лезвием по растерзанной душе. Она была так близко, но так далеко.
Новый день, как новое испытание, одно и тоже, даже не знаю сколько времени прошло, с того раза, когда видел в последний раз.
Моя жизнь, из нормальной, перетекла в разгульную, постоянные пьянки и бабы. Конечно с ними тяжелее. Напивался до таких состояний, что не мог даже потрахаться. Я так думал, а возможно просто искал причину, чтобы ни пересечь ту грань, когда назад дороги нет. Просто не мог, возникал ступор, ни одна девка не давала того, что давала она. Все не так и все были не такими.
Ощущаю чью-то ладонь на груди, поворачиваю голову, встречаясь взглядом с голубоглазой девушкой, так похожей на неё. В голову врезаются, воспоминая прошедшей ночи и с каждым, мое настроение ухудшается и появляется отвращение. Все же перешёл. Черт. Вечер. Клуб. Вульгарно танцующая девушка, которую я сначала спутываю с Тиной. Больше алкоголя. Заваливаемся домой, жаркие поцелуи, перед глазами она. А дальше… помню, как был на ней, помню трахал, но потом темнота.
— Энджел, — подаёт хриплый голос девушка, от которого режет слух.
Тошно. Противно. Мерзко. Мне нужен душ, чтобы смыть с себя чужой запах. Не её, а какой-то левой девки. Легче от секса с другой нихрена не стало. Сука! Только хуже. Эта дрянь въелась под кожу, собственнически поселившись глубоко во мне, привязав невидимыми цепями. Делая меня её личным рабом. Неужели теперь всегда будет так?
— Тебе лучше свалить. Сейчас! — Приседаю, хватаясь за больную голову. Нет, так больше нельзя. Нужно, что-то решать, необходимо, что-то сделать в этой ситуации, иначе сдохну.
— Ты обещал заплатить! — пищит, шурша рядом, дергает за плечо.
Поднимаю брюки, нахожу кошелек и передаю ей несколько купюр, лишь бы быстрей ушла.
— Чем вчера все закончилось? — все же спрашиваю интересующий вопрос. Потому что мало, что помню.