Ярость Синовала была по-настоящему ужасной. Во власти гнева он победил ворлонца в самом Храме Варэнни и убил при этом невинную, полностью сознавая то, что он делает. Ведомый яростным откровением, он уничтожил его свидетельства о ворлонском заговоре и угрожал Шеридану перед всем Советом Альянса, позволив Шеридану сохранить его положение во власти. Полный гнева из за смерти... друга, он очень был близко к тому, чтобы убить двоих из касты жрецов, без размышлений и без причины.
Увидеть гнев Синовала был действительно страшно.
Но сейчас он не выказывал гнева. Его глаза были полны не ярости, но слёз. Его осанка была напряжённой, не от бросающего в дрожь гнева, но от вызванных горем рыданий. Его руки стискивали не его страшное оружие - Буреносца, но ожерелье, что она носила.
Конечно же, он и не мог взять в руки Буреносца. Его клинок был сломан, и обломок убил её.
- Этого не должно было случиться. - горько проговорил он. - Этого не должно было случиться.
- Вот так всё и заканчивается.
- Я Синовал из Клинков Ветра. Я всегда буду минбарцем.
- Я Синовал из Клинков Ветра. Я всегда буду минбарцем.
- Соновар сделал те же ошибки, что сделал Хантибан, и во многом по тем же самым причинам. Воины верят что души возрождаются в новых поколениях, великие души возвращаются в великих.
- Для меня это правда.
- Я помню.
- Я помню.
- Я не подведу вас.
Синовал вновь схватил ожерелье.
- Нет. - прошипел он. - Ни за что.
- Кто? Сьюзен?
Он повернулся ко входу в зал. Кто мог посметь потревожить его здесь? Присутствие Истока раздражало его достаточно, но тот был почти частью его самого. А это была...
Не Сьюзен.
- Я знала, что найду тебя здесь. - сказала Деленн.