Я вижу по глазам, как сложно дается ей решение. За те три года что мы знакомы, она ни разу не брала больничный, и я ни разу не смог её словить даже на симптомах простуды. А я пытался, видит бог.
Она всегда старалась быть сильней всего на свете. Даже болезней. Но сейчас перебить мои аргументы она не может. Сдается. Кивает. А потом прикрывает глаза и просит еще один платок.
Десять минут протекают на адреналине за считанные секунды.
Я провожаю Эндж в больницу, дав ей обещание связаться с её тетей и завезти ей телефон.
Она уезжает в компании ужасно нервничающей от этой ответственной миссии Шурочки.
А при мне остаются несколько бумажных платков пропитанных её кровью…
Конец!