Затем Ревик посмотрел на свою жену, его подбородок напрягся.
Не знаю, говорили ли они между собой мысленно, но подозреваю, что так и было. Если уж на то пошло, то в стеклянных глазах мужчины-видящего разгоралось жаркое пламя, и он крепко сжал сына, сидевшего на его коленях. После долгой паузы, во время которой протекал их обмен, Ревик резко встал, выскользнув из-под своей жены, но забрав сына с собой.
Отвернувшись от жены, он наградил Блэка сердитым взглядом.
— Просто оставь моего сына в покое, блядь, — прорычал он. — Он
— Муж, — Элли мягко щёлкнула языком. — Прекрати.
— Что? — рыкнул Ревик, повернувшись к ней. — Посмотри на его чёртов свет! Ты мне скажешь, что не видишь этого? — показав на Блэка грациозным взмахом руки, он повернулся и наградил его холодным взглядом. Его голос понизился, сделавшись таким низким и угрожающим, что я подпрыгнула, в шоке уставившись на него. — Я знаю, кто ты, сраный мудак. Вот только вздумай сделать что-нибудь с моей семьёй, и я
— Ревик! — Элли повысила голос, резко посмотрев на него. — Иисусе. Прекрати. Он ни хера не понимает, о чём ты говоришь!
— Ты в этом так уверена? — прорычал Ревик, повернувшись к ней. Всё ещё возвышаясь над ней, он гневно посмотрел на Блэка. — Может, он просто пока что не помнит.
— У него есть
— Какое это имеет отношение?
Она в неверии уставилась на него.
— Ты сейчас ведёшь себя как псих, — сказала она после небольшой паузы, бросив на него раздражённым взглядом. — Погуляй с Нэриком, ладно? Ты его испугаешь. Он решит, что у папочки опять один из его моментов…
Ревик наградил её сердитым взглядом, но увидев что-то на её лице, он похоже сдался — по крайней мере, в достаточной мере, чтобы раздражённо щёлкнуть языком. Даже тогда он не стал спорить, а последовал её совету, крепко обнял сына и вышел с ним из комнаты.
Я ошеломлённо наблюдала, как он обходит стол и направляется к входной двери.
Я услышала, как дверь открылась, а через секунду плотно закрылась за ним.
Я продолжала смотреть в ту сторону, совершенно выбитая из колеи.
За те дни, недели и даже месяцы, что я практически жила в их доме, муж Элли лишь улыбался мне. А на Блэка он смотрел так, будто видел в нём угрозу своей жизни и семье.
— К чему всё это было? — спросила я, переводя взгляд между Элли и Блэком.
Элли выглядела слегка раздражённой, но Блэк фыркнул, наградив меня тяжёлым взглядом.
Когда я уже решила, что ни один из них ничего не скажет, Блэк низко прорычал:
— Великий
— Дракон? — я хмуро переводила между ними взгляд. — Что это значит?
Воцарилось очередное молчание.
Затем Элли издала удивлённый смешок, уставившись на Блэка.
— Ты ей не рассказывал? — спросила она. — Твоя жена не знает о посредниках? О Пантеоне?
Блэк хмуро посмотрел на неё, тыкая похожей на копьё вилкой в мясо и овощи, которые приготовил для него кузен. Слегка рассмеявшись и щёлкнув языком при виде выражения на его лице, Элли закинула в рот похожий на виноград фрукт и раскусила его задними клыками.
— Это вроде как уморительно, — сказала она, всё ещё улыбаясь.
— Вот как? — теперь уже я хмуро уставилась на неё. — И почему же?
Элли повернулась, переводя на меня взгляд своих нефритово-зелёных глаз.
— По двум причинам, — сказала она, проглотив фрукт. — Во-первых, всё это время мы говорили с тобой, предполагая, что ты это
Кивнув на Блэка, она добавила:
— Мой муж повёл себя не очень вежливо, но у него есть свои причины. И он не ошибается. Ты действительно выглядишь как Дракон. Не в точности как он, конечно… Дракон, которого мы знали, был совершенно безумен. Но ты имеешь в своём свете кое-какие
Блэк нахмурился.
Закончив со своим ланчем, он оттолкнул миску и посмотрел на хозяйку дома.
— Уж извини, что спрашиваю, — хмуро произнёс Блэк, глядя на неё. — Но что с того-то?
Элли признала его правоту взмахом руки.
— Ну, — сказала она. — В «что с того-то» и заключается самое интересное, брат, учитывая, что такое Дракон. Но если отмахнуться от этого на минутку…
Она поколебалась, взглянув на меня, затем во второй раз сделала этот жест, напоминающий пожатие плечами.
— Дракон — отец моего сына, — сказала она будничным тоном.
Я нахмурилась, переводя взгляд между Блэком и Элли.
Долгое время никто из нас ничего не говорил.
Затем моё недоумение переросло в откровенную злость.
— Что? — переспросила я.
Мы все приготовились отправляться в город.
По правде говоря, я совершенно вымоталась.