Карнаухов согласно кивнул. Крадучись, они приблизились к дому. Стояла мертвая тишина. Ни одно из окон не светилось. Вадим осторожно достал отмычку. Замок поддался быстро, но давно не смазываемые дверные петли громко заскрипели. Бандиты замерли, держа оружие на изготовку, однако изнутри не доносилось ни звука.
– Дрыхнут лохи! – кровожадно усмехнувшись, прошептал Карнаухов. – Возьмем тепленькими!
– Рано радуешься! – еле слышно ответил Миронов. – Чует сердце – дело здесь нечисто!
Приятели на цыпочках вошли в прихожую. Одна из дверей была полуоткрыта.
– На счет три! – шепнул Вадим. – Раз... два... вперед!
Держа в руках пистолеты, бандиты одновременно ворвались в комнату. Она оказалась пуста. Сквозь незанавешенное окно падали белесые лучи лунного света, в камине дотлевали угли, на кровати лежала разбросанная в беспорядке одежда.
– Черт побери! – выругался Карнаухов. – Куда они подевались?! Неужели уехали?
– Да нет! – задумчиво ответил Миронов. – Машина во дворе стоит... Не нравится мне все это!
– Брось! – отмахнулся Саша. – Наверное, прогуляться решили...
– В такое-то время и в такую погоду?!
– Ну и что? На вкус и цвет товарищей нет! Будем ждать...
На всякий случай они обыскали дом. Остальные комнаты имели явно нежилой вид. В одной из них на шкафу Карнаухов обнаружил бронзовую статуэтку неизвестной языческой богини с невероятно мерзкой физиономией.
– Выброси эту гадость! – посоветовал Вадим.
– Ну нет! Вещь старинная, может бешеных денег стоить! Подарю ее Алику, он любит антиквариат! – возразил Саша и завернул находку в валяющееся поблизости грязное полотенце. В коридоре скрипнули половицы, дверь медленно отворилась, и на пороге появился высокий худой старик в черной одежде.
– Руки за голову! Живо! – приказал Миронов, направив в грудь незнакомцу ствол пистолета. Тот в ответ лишь ухмыльнулся, обнажив острые белые зубы.
– Руки, падла! – взвизгнул Вадим, нервы которого были напряжены до предела. – Пристрелю как собаку!
Краем глаза он заметил Карнаухова с вытаращенными глазами и разинутым от изумления ртом.
Старик издевательски захохотал и растаял в воздухе.
– Вадик, что за дурацкие шутки? – услышал Миронов встревоженный голос товарища. – Чего ты орешь? Здесь никого нет! – Пораженный Вадим едва не выронил оружие.
– Разве ты не видел?!
– Ты разговаривал с пустым местом!
– О господи! – Миронов дрожащей рукой вытер пот со лба. – Неужели глюки начались?!
– Я предупреждал! Завязывай с наркотой!
– Не твое дело! Пошли обратно, они могут вернуться с минуты на минуту! – огрызнулся Вадим и первым вышел из комнаты.
– Дебил! Недоумок! Псих суеверный! – злобно бурчал Владислав, широко шагая по направлению к дому. Сконфуженный Миша молча проглатывал оскорбления. Совершенно подавленный Бирюков плелся сзади и скорее всего даже не осознавал происходящего. Заметно рассвело. В холодном воздухе клубился туман, а окружающие предметы казались окутанными сероватой дымкой. В деревне недовольными, простуженными голосами кричали петухи.
– На хрена я тебя послушал?! – все сильнее распалялся Кузнецов. – Вурдалаки, бля! Осиновые колы! Целую ночь в грязи провозились! – Он с отвращением оглядел свою перемазанную глиной одежду.
– Но ты читал дневник студента! Видел во сне рыжую девицу! Слышал хохот на кладбище! – резко возразил Акимов, терпение которого стремительно иссякало.
– Галиматья! – безапелляционно отрезал Владислав. – Студент рехнулся и прикончил своих приятелей, сон – простое совпадение, а хохот... Просто мы позабивали головы всякой чепухой, вот и мерещится черт-те что!
Миша с сомнением пожал плечами, однако возражать не стал.
Некоторое время оба молчали.
– Стой! – вдруг сказал Акимов, дернув напарника за рукав. – Гляди! – Он указал рукой в сторону леса. В просвете между деревьями виднелся смутный силуэт автомобиля. – Похоже, у нас гости!
– Давай справа, я слева! А ты... – Владислав обернулся к Бирюкову, – замри в кустах и не высовывайся!
Бесшумно ступая, охранники приблизились к машине. Она оказалась пуста.
– В доме засели! – догадался Кузнецов. – Сейчас мы их накроем!
В это самое время Миронов с Карнауховым обсуждали план дальнейших действий. Проведя целую ночь в напряженном ожидании, они к утру расслабились и утратили бдительность.
– Смылись гады! – утверждал Саша. – Без толку здесь сидеть!
– Ты можешь предложить что-то другое? – ехидно осведомился Вадим.
Внезапно раздался звон бьющегося стекла, и в комнату влетели одна за другой две дымовые шашки. Кашляя и протирая слезящиеся глаза, бандиты пулей вылетели в коридор. В тот же миг страшный удар в челюсть привел Карнаухова в бессознательное состояние, а Миронову уткнулось в висок холодное дуло пистолета.