Помимо француза в комнате было два охранника. Капустный, обещавший меня раздавить, отошел к стене, уселся на стул и положил на колени двустволку. Начал гладить ее, как котенка, и коситься в мою сторону. Второй — невысокий, но коренастый мужик, чем-то похожий на гнома, остался стоять у двери. На поясе висит длинная кобура с торчащим обрезом, плюс на груди еще одна кобура с револьвером.
— Помню, помню, вы тот еще болтун, но моих подмастерий подкупить не получится, можете не строить им глазки, — Этьен проследил за моим взглядом. — Особенно после того, что вы сделали с Михаилом.
Я повел плечами, пробуя, как именно меня заковали.
Хреново, разбег у рук не больше пары сантиметров. И похоже, я вообще без связи и шансов на спасение со стороны. Фобосы в ауте, жетон отследить не получится, куда я отправился, никто не знает. Будем выкручиваться, не убили же пока, значит, им что-то нужно.
— Что-то ты растерял все свое красноречие? — француз подошел к одному из приборов на треноге и что-то там подкрутил. — Но ты меня оскорбил. Действительно считаешь, что я такой тупой, что поверил в твои россказни? Вот это все? Про тайную операцию Очей? Про Императора? Мне просто было интересно, что тебе нужно. А потом я понял, что ты искал и где ты это нашел.
— Так это все из-за этого? — я задал игривый тон, хотя говорить и не кашлять было тяжело. — Мог просто намекнуть, я бы извинился и разошлись бы по мирному?
— Мог бы, если бы в зону моего интереса не попал твой навык, — Этьен пошел по кругу проверять все приборы. — Пространственный карман, да? Удивительная способность, практически уникальная магия. Я слышал, что у императора только такой есть.
— Какой еще карман? Показалось, наверное? Иллюзия на солнце, у меня просто рюкзак вместительный был… — нести всякую дребедень и параллельно думать, как выпутываться — это я умею. Вот только вариантов я пока не видел, а француз меня не слушал, витал где-то в облаках, уже представляя себе мой карман, и продолжал говорить.
— Тебе не будет больно, — он застыл и посмотрел на меня. — Если не будешь сопротивляться, конечно. Это будет моя величайшая работа, я даже продавать ее не буду.
— Ты о чем вообще? Тебе там что-то померещилось, а я…
— Замолчи, тебе это все равно не поможет, — Этьен закончил осмотр и подошел к столу со статуэткой, щелкнул переключателем и положил рука на самую большую ручку рычага. — Слушай, как все произойдет. Это, — француз показал на приборы, — мое изобретение. Я назвал его «Ле даблер Фуа», а тебе нужно просто активировать навык. Я сделаю копию и придам его свойства вон тому украшению. Это будет шедевр!
— А что со мной? — надо срочно что-то придумать, я безрезультатно попробовал подпрыгнуть вместе со стулом и вытянул шею, разглядеть, к чему он там прикручен вместе со мной.
— Тебя я отпущу. Я художник-артефактор, а не убийца, — елейным голосом почти пропел француз, а потом, думая, что я не вижу, помотал головой и скривился, глядя на разочарованно заволновавшегося охранника с двустволкой.
— А гарантии? И что с моими фобосами?
— Никаких, только выбор. Сопротивляешься и будет больно, сотрудничаешь и свободен. А твои пташки спят, и чем дольше ты будешь тянуть время, тем у них меньше шансов проснутся.
— Окей, давай попробуем. Только я не смогу активировать сейчас, у меня сил нет. Надо восстановиться. И писк этот мешает сосредоточиться, можно его отключить?
— Смешно, — совсем невесело сказал француз, — Это не писк, это еще одно мое изобретение. Его я назвал «Ле Фуа силенсер», им тебе придется насладиться сполна. А с силой я помогу.
Француз прошел к ящику, который я принял за холодильник. Поводил пальцами над замком, открыл крышку и после недолгой паузы (выбирал что-то) вынул небольшую баночку, внутри которой светился кусок янтаря. Открыл крышку, выкатил камень на ладонь и пошел ко мне.
Остановился в полуметре и поднес камень к моему лицу. Взял его двумя руками и переломил.
Где-то с секунду ничего не происходило, а потом из камня хлынула энергия. Океанский бриз, морда в окно машины на скорости, ледяное пиво в потную жару, феерический оргазм до мурашек — все везде и сразу потоком понеслась чистая сила. В голове посвежело, мышцы налились огнем и жаждой деятельности, но только плотнее стиснулись наручники, когда я дернулся.
Я сразу же попытался перенаправить излишки к фобосам, хоть и не чувствовал их присутствия. Представил бодрого Муху, взъерошенного профессора, кокетливую египтянку, мрачного мейна и непослушного горностая. Но мимо, сила не ушла, просто циркулируя во мне.
— Активируй на счет три! — крикнул француз и отбежал к столу управления.
— Погоди, погоди, — меня потряхивало от прихода бурлящей силы, но физики в ней не было, разорвать кандалы она без помощи фобосов не могла. — Маловато будет. Зажал поди нормальную дозу.
— Это даже больше, чем я даю обычно… — засомневался француз. — Ты в магазине был слабее, но смог открыть карман.