Читаем Что скрывают зеркала полностью

Они сидели в кафе, сделав перерыв в долгих прогулках и сбежав от промозглой осени, рассердившейся дождями и штормовым ветром, в теплое укрытие. Перед ними на столике остывал в широких приземистых чашках кофе, затягиваясь, как болотце, светло-бежевой пленкой. На тарелках лежали почти нетронутые кусочки пирога. Голод, который испытывали они оба, был другой природы, пусть такой же древней и примитивной, но облагороженной и завуалированной приличиями и обязательствами. Тот голод они наивно надеялись обмануть с помощью выпечки и кофе или частично утолить разговорами и мечтами о совместном будущем.

– Все не так просто, – вздохнула Эля в ответ на его предложение переехать с сыном в Барселону. Сейчас, когда до отъезда Фернандо оставалось два дня, солнце радости зашло за тучу, тревога вновь тенью упала на посеревший город, затаилась в щербинках парапетов, расплылась, маскируясь, по серым кирпичным стенам зданий, слилась с асфальтом под их ногами. И на смену беззаботной эйфории явилось бремя ответственности. – Мы с тобой не влюбленные подростки без обязательств, а взрослые люди. Ты в браке. Я тоже, несмотря на то, что давно не живу с мужем. У меня к тому же сын, от которого отец без боя не откажется. И не потому, что любит его, а из желания отомстить мне. А отомстить он мне сможет. Я как в силках, Фернандо. Чем больше буду дергаться, пытаясь высвободиться, тем сильнее запутаюсь.

– Мы не сдадимся, Эля, – горячо зашептал он, беря ее озябшую руку в свою горячую широкую ладонь. Кольцо, которое по-прежнему опоясывало его палец, вдруг больно впилось ей в ребро ладони, словно противореча словам Фернандо. – Не бойся! Хороший адвокат нам поможет.

– Как испанский адвокат поможет нам, с российским законодательством? Да и против психопата со связями и деньгами, которому плевать на законы, что он сможет сделать? – скептически наморщила нос Эля. Но затем улыбнулась, потому что напор Фернандо ей нравился, он внушал уверенность и немного развеивал сгущающиеся тучи печали и тревоги.

– Надо не сдаваться, Эля. Мы что-нибудь придумаем. Для начала я поговорю с Патрисией. Ей будет больно. Но я надеюсь на ее понимание. Она не будет со мной счастлива так, как того заслуживает. А я – с ней.

– Обычно женатые мужчины, встретив другую женщину, дают ей много обещаний и надежд, но оттягивают момент разговора с законной супругой, – горько усмехнулась Эля. – Мне не хочется оказаться в подобной ситуации.

– И не окажешься! С Пат я поговорю в тот же день, как вернусь домой. Тебе холодно? – обеспокоенно спросил Фернандо, заметив, что Эля поежилась. – Ты не заболела? Тут вроде жарко. Но в такую холодную осень легко простыть.

– Я не простыла, Фернандо, – мотнула она головой. Как объяснить ему, что холод вызван тревогой и неясным предчувствием чего-то нехорошего. Будто вновь поднимался утихший было ураганный ветер, готовый разнести по бревнышкам ее только что построенный домик счастья. Все временно. Нет ничего постоянного – это она поняла сейчас вдруг с ясной жестокостью.

– Как жаль, что мы с тобой встретились так поздно, Фернандо.

– Не надо жалеть об этом. Главное – мы встретились. И об ошибках тоже жалеть не нужно. Потому что это не ошибки – это опыт. Я читал в одной из книг, которые так любит Пат – про все эти аутотренинги, как стать счастливым и ни о чем не жалеть, – так вот, я читал, что у нас в жизни случаются развилки, когда нужно принимать серьезные решения. И наш выбор влияет на реальность. Но рано или поздно мы должны прийти к чему-то предопределенному. Разные пути, разный опыт через разные события, но одно место назначения, понимаешь? А бывает, что пути вдруг сходятся в одной точке гораздо раньше.

– Как железнодорожные пути, – поняла Эля.

– Да-да, именно.

– Почему они сходятся, Фернандо?

– Не знаю. Может, не почему, а для чего?

– Чтобы исправить ошибки?

– Ошибок нет, Эля, – досадливо поморщился мужчина. – Есть только разный опыт.

– Ты хочешь сказать, что мы никогда не ошибаемся?

– Мы думаем, что ошибаемся. На самом деле набираем опыт. Представь себе, что тебе нужно добраться из одного города в другой. Ты вольна решать, каким транспортом и по какой дороге. Автобусом, машиной, самолетом, поездом, то есть поехать ли по железной дороге, автотрассе или добраться по небу. В каждом случае ты приобретешь разный опыт. Но твоя цель – нужный город.

– А может, цель не город, а как раз опыт? – возразила Эля.

– Может, и так…

– Фернандо, мне пора! – всполошилась она, взглянув на настенные часы. – Еще чуть-чуть, и я опоздаю за сыном!

– Поехали вместе, – вдруг предложил он. – Ты сама сказала, что хочешь нас познакомить. Зачем ждать до завтра?

Она немного поколебалась, но, решив, что он прав, согласилась:

– Поехали!

Перейти на страницу:

Все книги серии Мистический узор судьбы. Романы Натальи Калининой

Похожие книги

Зулейха открывает глаза
Зулейха открывает глаза

Гузель Яхина родилась и выросла в Казани, окончила факультет иностранных языков, учится на сценарном факультете Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Октябрь».Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши – все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Шамилевна Яхина

Современная русская и зарубежная проза
Ад
Ад

Где же ангел-хранитель семьи Романовых, оберегавший их долгие годы от всяческих бед и несчастий? Все, что так тщательно выстраивалось годами, в одночасье рухнуло, как карточный домик. Ушли близкие люди, за сыном охотятся явные уголовники, и он скрывается неизвестно где, совсем чужой стала дочь. Горечь и отчаяние поселились в душах Родислава и Любы. Ложь, годами разъедавшая их семейный уклад, окончательно победила: они оказались на руинах собственной, казавшейся такой счастливой и гармоничной жизни. И никакие внешние — такие никчемные! — признаки успеха и благополучия не могут их утешить. Что они могут противопоставить жесткой и неприятной правде о самих себе? Опять какую-нибудь утешающую ложь? Но они больше не хотят и не могут прятаться от самих себя, продолжать своими руками превращать жизнь в настоящий ад. И все же вопреки всем внешним обстоятельствам они всегда любили друг друга, и неужели это не поможет им преодолеть любые, даже самые трагические испытания?

Александра Маринина

Современная русская и зарубежная проза