Сева сел в свою машину. Посидел минут пять. Вышел. Подошел к моей, вытащил ключ из тайника, сунул в карман вернулся в хонду. Это как понимать? Я продолжала наблюдать из окна. Через полчаса, когда уже хотела пойти спать, хонда включив фары, уехала. Я вскочила с места. Как же посмотреть, что в пакете? Позвонить Васютке? А он дома уже? Позвонила, трубку не берет. Блин, придется идти самой. Побежала в прихожую, по пути стукнулась локтем о косяк двери, на повороте меня занесло, плюхнулась на попу. Вот ёлки-палки! На глаза навернулись слезы. Ну сколько можно то??? Сидя на полу расплакалась. Несколько минут жалела себя. Потом вспомнила о пакете. Одела куртку, шапку, кеды, взяла фонарик, пошла на улицу. Подошла к машине, открыла дверь, взяла пакеты и осла. Пакеты оказались очень тяжелыми. Цветы в руки не помещались. Ладно, потом еще вернусь. Когда поворачивалась, показалось какое-то движение возле подъезда. Внимательно присмотрелась. Точно, показалось. Быстро побежала в дом. В квартире, не включая свет, принялась рыться в пакетах. В первом обнаружила конфеты. Мои любимые, кстати. Птичье молоко. Могу съесть их за раз килограмм, а то и больше. В первой коробке, лежащей сверху, обнаружила записку ' Столько часов мы провели вместе, пока я не показал какой я идиот и осел'. Я посчитала коробки, ради интереса. Их было двадцать четыре. Это он как считал? Я прикинула, ели считать с субботнего утра до воскресенья. То да, вроде бы сходится. Во втором пакете обнаружила такие же конфеты, порылась, опять записка ' Столько лет я не замечал тебя в школе' Посчитала, десять. Улыбнулась. Достала третий пакет, не удивляясь, обнаружила опять те же конфеты, и записку 'Хочу столько часов в день проводить с тобой'. Посчитала коробки, двадцать пять. Хоть бы считать научился. Или одна коробка в качестве бонуса? Я прикинула, где же это он купил столько конфет? И откуда он узнал, какие конфеты мои любимые? На ум пришло только одно имя. Дуська. Больше некому. Позвонила, после второго гудка, услышала веселый голос.
— Привееет!
— Доброй ночи, а ты даже не ругаешься, что звоню тебе ночью?
— Неет, я не сплю.
— А почему? На учебу не нужно разве? Или у тебя каникулы?
— Неа, меня Тема отпросил. Чего надо?
— Как будто сама не в курсе? — улыбаясь сказала я.
— Догадываюсь.
— Кто сказал ему какие конфеты мне нравятся?
— Ну, я, а что?
— Ничего! Ты знаешь, сколько их у мня теперь?
— Сколько?
— Пятьдесят девять!
— Штук?
— Коробок.
— Круто.
— И что мне делать? — потерянно спросила я.
— Чай пить, — со смехом ответила Дуся.
— Это понятно, а с ним?
— Простить? — предположила она.
— Угу, — промычала я.
— Уль, — уже серьезнее сказала Дуся, — веришь, нет, ему реально фигово. В воскресенье и понедельник бухал, потом мы его на дачу увезли. Теперь он решил во что бы то ни стало добиваться твоего прощения. Может быть, простишь?
— Да я уже. Я ему и сказала об этом.
— А он?
— Не знаю… Он ушел, потом вот цветы, ослы, конфеты…
— Ясно. Короче, Ульяна, когда помиритесь, приезжайте к нам на дачу. Сева дорогу знает.
И она положила трубку. И как это понимать?
Подумав несколько минут, вспомнила, что цветы в машине. Завянут ведь. Опять оделась, обулась, открыла дверь. На пороге лежал букет. Вот не зря показалось шевеление возле подъезда. Точно, шпион блин, машину отогнал, а сам вернулся! Штирлиц! Занесла букет в квартиру. Стояла вдыхая запах. Что делать? Теперь, если оставлю цветы, будет думать, что простила. А если выкину? Вообще-то жалко выкидывать. И вообще-то я ему сказала, что простила. Имею полное право оставить букет! Уговорив себя, поставила букет в воду. Осла потащила на кровать. И где он такого лапку нашел?
Проснулась от телефонного звонка. Васютка. Чего это он мне звонит в четыре утра?
— Алло, — сонным голосом ответила я.
— Вилли, ты вот мне скажи, как тебя, такую жестокую женщину земля то носит?
— Вась, ты прости, охренел? Ничего что уже четыре утра?
— Вилли, а зачем ты своего этого на хонде который выгнала в одном пиджаке на холод?
— Я никого не выгоняла! — сказала я, садясь на кровати.
— Да? А чего он тогда на лавке мерзнет? Он там типа заснул.
— Вась! Как заснул?
— А мне откуда знать? Прохожу мимо, а он на лавке сидит, спит, я поздоровался, а он никак не отреагировал. Вот я и решил, что ты его так выгнала.
— Ладно, сейчас спущусь, спасибо.
Сева
Посмотрел на часы, три ночи. Подумал, пойти к машине, или посидеть еще? Нужно было хотя бы пальто или куртку прихватить. В одном пиджаке холодновато. Посмотрел на ее окна. Темно, спит наверно. Интересно, куда малышка дела осла? Представил, что спит с ним в обнимку. Стало приятно на душе. Даже не почувствовал, как навалилась дремота. Очнулся от того, что кто-то трясет за плечо. Точно, сплю. Иначе, с чего это вдруг Уле стоять рядом, прикасаться ко мне, смотреть обеспокоенным взглядом? Ну раз это сон, то можно делать все что хочется! Я схватил ее за руки, резко притянул к себе, уткнувшись носом в шею, почувствовал обжигающее тепло, вдохнул такой родной запах. Закрыл глаза, снова проваливаясь в дремоту.
— Как же я по тебе скучаю, — прошептал я.
— Сева, открой глаза.