Читаем Чудеса искусства полностью

Лидия Ивановна нагнулась и стала тыкать щеткой под кровать. Она не извлекла оттуда ничего, кроме кошки. Подойдя к открытой настежь двери, она остановилась на пороге и обвела взглядом… огромный коридор коммунальной квартиры. Юрочки не было и тут. Тогда, подойдя к окну и возвысив голос, чтобы ее было слышно как можно дальше, она крикнула:

— Юрочка-а-а, где ты?

За ее спиной послышался легкий шорох, и она оглянулась…


Сверчок помолчал немного, потом улыбнулся.

— Нет-нет, скажете вы, мои дорогие мальчики и девочки, так начинается всем известная и всеми любимая книга Марка Твена про американского мальчишку Тома Сойера. И при чем тут Юрий Никулин? Это же знаменитый клоун! Верно. Но в какой мальчишеской судьбе не было похожего эпизода! Кто из вас не прятался от своих мам, бабушек, теть и нянь в чулан, кладовку или, на худой конец, в шкаф, чтобы тайно полакомиться вареньем, как обычно поступал Том, или помечтать о самом сокровенном! И маленькому Юрочке Никулину, как и вам, тоже очень нравилось прятаться в чулане. Но не для того, чтобы полакомиться — в те тяжкие времена с лакомствами было весьма напряженно. И не для того, чтобы помечтать. Юрочке совершенно необходимо было уединяться, чтобы… репетировать! Ведь, оставшись один на один с собой, он мог по настоящему работать… в цирке! Пусть пока еще в выдуманном, ненастоящем! Но это для окружающих. А для него все было вполне настоящим — и круглая арена, покрытая ярким ковром, и стремительные всадники, и виртуозные гимнасты, и ловкачи-фокусники, и отважные дрессировщики, и слоны-гиганты… И он сам — веселый клоун в ярком, заботливо сшитом мамой клоунском костюме с огромным бумажным воротником. Он до того увлекался, что даже ощущал запах… необыкновенный манящий запах цирка, запах свежих опилок и конюшни! И, несмотря на то, что все роли исполнял он один, представление было не просто захватывающим, оно было завораживающим, а в некоторых местах и леденящим зрительские сердца! И Юрочка начинал вспоминать. Вспоминать то, свое первое знакомство с цирком. Как пришёл туда с папой за руку, как восхищался даже беспорядочными звуками готовившегося к представлению оркестра. Как буквально захлёбывался от смеха, глядя на ярко разодетых клоунов, на танцующую в стакане ложечку, привязанную за веревочку… на чудо-цилиндр, в котором помещалось кроме огромного числа платочков и шарфиков — две курицы, батоны хлеба, гирлянда сосисок, круг колбасы и щедрая рука кого-то сидящего под столом, подающая все это многообразие… Да, именно клоуны произвели на пятилетнего Юрочку Никулина неизгладимое впечатление! Он в таком восторге кричал и тормошил отца, что один из клоунов его передразнил! Все засмеялись. А Юрочка, когда пришел домой, прямо с порога заявил: «А меня заметил клоун. Он со мной разговаривал». Заметил клоун! Бывает же такое. Вот тебе и судьба. Заметил клоун и на всю жизнь связал с цирком, с ареной, с удивительными фокусами и трюками, восхищавшими и восхищающими до сих пор нас с вами, мои дорогие.

Перейти на страницу:

Все книги серии Рассказы старого сверчка

Похожие книги

Дым без огня
Дым без огня

Иногда неприятное происшествие может обернуться самой крупной удачей в жизни. По крайней мере, именно это случилось со мной. В первый же день после моего приезда в столицу меня обокрали. Погоня за воришкой привела меня к подворотне весьма зловещего вида. И пройти бы мне мимо, но, как назло, я увидела ноги. Обычные мужские ноги, обладателю которых явно требовалась моя помощь. Кто же знал, что спасенный окажется знатным лордом, которого, как выяснилось, ненавидит все его окружение. Видимо, есть за что. Правда, он предложил мне непыльную на первый взгляд работенку. Всего-то требуется — пару дней поиграть роль его невесты. Как сердцем чувствовала, что надо отказаться. Но блеск золота одурманил мне разум.Ох, что тут началось!..

Анатолий Георгиевич Алексин , Елена Михайловна Малиновская , Нора Лаймфорд

Фантастика / Проза для детей / Короткие любовные романы / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фэнтези
Чудаки
Чудаки

Каждое произведение Крашевского, прекрасного рассказчика, колоритного бытописателя и исторического романиста представляет живую, высокоправдивую характеристику, живописную летопись той поры, из которой оно было взято. Как самый внимательный, неусыпный наблюдатель, необыкновенно добросовестный при этом, Крашевский следил за жизнью решительно всех слоев общества, за его насущными потребностями, за идеями, волнующими его в данный момент, за направлением, в нем преобладающим.Чудные, роскошные картины природы, полные истинной поэзии, хватающие за сердце сцены с бездной трагизма придают романам и повестям Крашевского еще больше прелести и увлекательности.Крашевский положил начало польскому роману и таким образом бесспорно является его воссоздателем. В области романа он решительно не имел себе соперников в польской литературе.Крашевский писал просто, необыкновенно доступно, и это, независимо от его выдающегося таланта, приобрело ему огромный круг читателей и польских, и иностранных.В шестой том Собрания сочинений вошли повести `Последний из Секиринских`, `Уляна`, `Осторожнеес огнем` и романы `Болеславцы` и `Чудаки`.

Александр Сергеевич Смирнов , Аскольд Павлович Якубовский , Борис Афанасьевич Комар , Максим Горький , Олег Евгеньевич Григорьев , Юзеф Игнаций Крашевский

Проза для детей / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия / Детская литература