Читаем Чудо-мальчик полностью

В это мгновенье мне показалось, что мое замерзшее сердце разбилось на мелкие осколки. Я оглянулся по сторонам. Мистер Питер Джексон был все еще погружен в медитацию, но полковник Квон и сотрудники Института смотрели на меня со странным, озадаченным выражением.

«Это правда? — спросил я мысленно. — Правда, что другой поток исходит от моей матери?»

Внешне никак не отреагировав на мой вопрос, мистер Питер Джексон ответил телепатически: «Да, правда. Сообщение твоей матери по-прежнему ищет тебя».

«Означает ли это, что она жива?»

«Извини. Все, что я знаю, — это то, что тебя ждет послание от твоей матери. Ответы на остальные вопросы ты должен найти сам».

«Thank you, sir»[27], — поблагодарил я его мысленно.

Мистер Питер Джексон открыл глаза и ответил: «You’re welcome»[28].

Слова мистера Питера Джексона растопили лед, сковавший мою жизнь после смерти отца. У меня накопилось много вопросов к экстрасенсу. Среди них был такой: «До какого момента можно вспомнить предыдущую жизнь?» У меня, например, память была очень слабая. Я не мог ясно вспомнить даже то, что случилось со мной год назад.

Но на лице Питера Джексона, голова которого была коротко, как у буддийского монаха, острижена, блуждало выражение разочарования. Он обратился к полковнику Квону и переводчику:

— До того как уйти в отставку, я обучал таких же ребят, как этот мальчик, детей, обладавших способностью к телепатии. Но мне исполнилось семьдесят лет, и теперь у меня нет никакого интереса к таким вещам. Я считаю, что научился всему, что надо знать для жизни в этом мире. Сейчас меня интересует лишь смерть и загробный мир. Поэтому я собираюсь работать только с теми детьми, которые помнят свои прошлые жизни.

— В моем докладе не говорилось, что у мальчика сохранились воспоминания о предыдущих жизнях, вероятно, где-то произошла ошибка, — сказал полковник Квон. — Возможно, в Главном управлении хотели, чтобы именно вы стали тем человеком, кто развил бы способности Ким Чжонхуна и исследовал способы их использования.

— Я, кажется, понимаю, чего вы ждали от меня. Но, так или иначе, я не тот человек, который вам нужен. Я напишу новый отчет в штаб-квартиру, — пообещал мистер Питер Джексон, подводя итог нашей беседе.

Но едва переводчик закончил переводить, как я громко крикнул:

— Я тоже помню свою прошлую жизнь! В прошлой жизни я жил в лесах Малайзии.

Только когда у меня вырвались эти слова, я понял, что они, возможно, были связаны с рассказом об орангутанге, однажды услышанным от отца. Но у меня не было времени размышлять о причинах. Полковник Квон, не сводя с меня взгляда, кивнул переводчику, чтобы тот передал сказанное. Когда мои слова перевели мистеру Питеру Джексону, он глубоко задумался. В мою сторону он даже не смотрел. Он не мог не знать, что я лгу.

Меня допрашивает мистер Питер Джексон

На следующий день, на второй по счету и не без труда организованной встрече, мистер Питер Джексон заявил, что хотел бы поговорить со мной наедине, без участия третьих лиц. В Институте уступили его требованиям. Однако формально вторая встреча закончилась без каких-либо результатов. Потому что в той комнате, где за нами следили как минимум с помощью видеокамеры, мы не вели особых разговоров. То есть так выглядело со стороны. На самом деле в тот день мистер Питер Джексон ответил на следующие, возникшие у меня вопросы:

1. «Сначала я хотел бы поговорить о матери. Где она сейчас?» — спросил я мысленно.

«Чтобы узнать это, сперва тебе надо научиться прислушиваться к биению своего сердца, — также мысленно ответил он. — Прислушайся к тону, что оно говорит. А потом отправляйся прямо туда, куда оно тебе укажет. Та дорога проляжет сквозь темноту сомнений и тревог. Иди по ней, пока гулко бьется сердце, и в конце концов тебе откроется истина. Если хочешь найти мать, ты должен найти ее сам».

2. «Теперь я хотел бы спросить об отце. Тело, оставшееся после его смерти, не было отцом, которого я знал. Человек, которого я знал, наверняка покинул то тело. Но раз так, то где сейчас находится мой отец? Он до сих пор не выбрался из кучки пепла в крематории? Или он притаился в том рыночном переулке, где продают фрукты? Если нет, то не взлетел ли он в небо и теперь живет у нас над головами? Может, он находится там, где был всегда, или там, где хотел побывать?»

«Конечно, это только тело твоего отца. Тело у человека всего одно, но воспоминаний намного больше, а число душ — и вовсе бесконечно. Мы умираем один раз, живем несколько раз, существуем бесконечно. Та бесконечность — источник, из которого рождается твоя сила. Мы умираем, сгорая в огне или утопая в воде, от удара ножом, от болезни или от чего-то еще. В любом случае все мы умираем лишь единожды. Однако живем мы несколько раз, чтобы потом существовать вечно. Если даже наша плоть под прессом превратится в воду или наши кости будут измолоты в муку или сотрутся в пыль, мы не исчезнем. Пока ты будешь помнить отца, он будет присутствовать рядом с тобой, и где бы ты ни находился, в тот самый миг, когда ты подумаешь о нем, он окажется рядом».


Перейти на страницу:

Все книги серии Современная корейская литература

Сеул, зима 1964 года
Сеул, зима 1964 года

Ким Сын Ок (род. в 1941) — один из выдающихся современных корейских писателей, великолепный мастер прозы. Несмотря на то, что среди прозаиков современной корейской литературы продолжительность его литературной деятельности сравнительно коротка, созданные им немногие произведения, в которых глазами современника превосходно изображено переломное время эпохи шестидесятых годов XX в., обладают неповторимой индивидуальностью. Благодаря своей чувственной стилистике, живому и меткому языку, а также лаконичности изложения Ким Сын Ок имеет репутацию «алхимика прозы». Критики определяют его творчество как «революцию чувственности».Талант Ким Сын Ока многогранен: он прославился и как художник-карикатурист, и как сценарист и режиссер. Он является лауреатом множества самых престижных литературных премий Кореи.

Сын Ок Ким

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Сказание о новых кисэн
Сказание о новых кисэн

Роман повествует о кисэн, о женщинах легкого поведения — неотъемлемой части корейской культуры, сыгравшей большую роль в становлении и понимании роли женщины в обществе. Кисэн — вовсе не проститутка в обиходном понимании этого слова. Кисэны появились во времена династии Корё (935–1392). Это были артистки, развлекавшие на пирах королей. Нередко они достигали высот в искусстве, поэзии и литературе.Обращаясь к этой сложной теме, автор не восхваляет и не критикует кисэн, а рассматривает их мировоззрение, мысли, сомнения, переживания, предлагая читателю самому окунуться в их мир и дать оценку этому феномену корейского общества.Каждому из нас для обретения спокойствия и гармонии души полезно временами оглянуться назад. Ведь часто будущее прячется за нашими действиями в прошлом. Осмысление прошлого может дать нам ключ к решению проблем будущего, поможет обрести силы жить дальше. История жизни кисэн, описанная в романе, должна заставить нас остановиться на мгновенье, оглянуться назад и задуматься о том, о чем мы порой забываем из-за суеты повседневной жизни.

Ли Хён Су

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Тайная жизнь растений
Тайная жизнь растений

Перед вами роман-размышление о смысле жизни, о природе человека, о парадоксальном сочетании низменного и возвышенного, животного и духовного, одновременно подразумевающих и исключающих друг друга.Люди и растения. Ветвистые деревья, кустарники, благоуханные цветы и душистые травы — у каждого растения своя судьба, свой характер, свое предназначение, но все они одно целое. Так и люди. Роман повествует о судьбе, о выборе человека, о страстях, живущих в каждом из нас, и, конечно, о любви — огромной, всепоглощающей, о любви, которая делает человека самим собой.В романе философские аллегории искусно переплетаются с детективным сюжетом — каждый герой хранит свою тайну, и все секреты постепенно раскрываются в ходе повествования.Возрастные ограничения: 18+

Ли Сын У

Современные любовные романы / Проза / Современная проза / Романы

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Оскар Уайльд , Педро Кальдерон , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги