Читаем Да, Смерть!.. (СИ) полностью

Давайте знакомиться! Давайте делать вид, что давно знакомы, что уже друг от друга устали, что совсем непохожи или что капли воды. Что? Что капли воды. Сегодня, гм… такая разрядка. Нет, не письмо самому себе. И вообще не письмо. Давайте играть в войну! Там и познакомимся. Разрешите представиться, Всеволод Гаршин. Очень приятно, Красный Цветок, подразделение «Эдельвейс», специальность: минёр-альпинист-ничего-не-боюсь. У тебя прямо какое-то индейское имя. Да уж (это подошла Третья), давно так не веселилась. Ты (Четвертый молвляет (не опечатка (прим. гур.))) клавиши-то Ване вообще-то «возобновлять» собираешься?

Гаршин: да, собираюсь. Со временем.

Топор войны нельзя в землю зарыть, — это же как Талант — грех!

А давайте друг друга в ситуации ставить. Делать вид. Давайте делать вид! Давайте. Что? Гаршин перегибается через перила, заглядывает вниз, осторожненький. Не устраивает. Всю жизнь бороться с «осторожненькостью», чтоб всё-таки лечь костьми. Типичный случай оригинальности…

Был разговор с Соколовским Сергеем (ох, что-то он последнее время упорно дематерилизуется. Уж и Родинов его в стихи и я вот тоже). Говорит он мне: «Давай уничтожим сайт „Лапуты“». Господь с тобой, ты её что ль замыслил? Ответ — нет. Но резонен контраргумент: затеял не я, но кто как бы там ни было трудится? Никто. Давай уничтожим. Легко.

Нет, ну потоком сознания удивить можно уже мало кого. Конечно, есть слабая вероятность, что дело тут не столько в потоке, сколь в сознании, какового поток, но вот потому-то и нет новостей.

LL рассказала вчера, что у них в Харькове самый лучший на её взгляд канал новостей называется «Объектив-но…» Да-да, именно так и пишется! Единственное, что мог напутать — это три точки. Стоят-не стоят — не уверен. Потому-то и ненавижу Москву!

Вчера я сказал LL, что, мол, что удивляться. Всё, как когда-то мечталось (не помню, какой патриарх столь лукавый в частном письме Иоанну Четвёртому оное предложил, то бишь не помню, как это будет в современном формате, автора, блядь, идеи): хотели Третий Рим — получите и расхлебайте! Каждому Риму по упадку, разорению и моральному разложению в порядке, извините, общей очереди! Интересно посчитать, сколько они просуществовали в качестве своём, блядь, терпком?..

Тут ещё интересно, что каждый из них существует в каком-то виде поныне. В стадии вечного гниения головы. Как писал, Александр Блок, правда, про Радость, которая нечаянно придёт, но, в нашем случае, совершенным прибудет гниение. Но тут, право, ничего страшного особенно нет. Это даже полезно. Природа там. Вспомните оный предмет из курса начальной школы. Погниёт-перестанет, крепче новое вырастет…

Были на шашлыках третьего дня. Сидели в Гефсиманском саду. Это смешно. Всё — сплошные маленькие копийки. Неудивительно, что аналог Диснейлэнда со своими маленькими эйфелевыми башенками и египетскими пирамидками в человеческий рост, именно в России существует на базе новозаветной истории. Добро пожаловать в Новый Иерусалим! Там вам и Храм Гроба Господня, и Гефсиманский сад (чуть не потерял букву «с» в третьем проведении: «гефсиманский ад» — опечатка по Фрейду, человеку с тяжёлым детством), и храм Соломона — это если, мол, кому-то захочется что-нибудь покрушить из соображений высшей справедливости якобы, как и Великая Двойка крушил незадолго перед распятием.

Кого мы там предавали, в Гефсиманском саду, я не понял. Возможно, что просто не заметил, потому что, в конце концов, был занят «дружеским» присутсвием при церемонии купания девушки-звукорежиссёра Эли, каковой позыв возник у неё по всей видимости всё-таки из-за алкогольного катарсиса. Купалась она в какой-то странной запруде с мёртвой рыбой. Перед тем, как нырнуть в первый раз, она сказала, что просто хочет напомнить мне кое-что из того, что действительно важно.

Почему река Истра, протекающая вблизи Новоиерусалимского монастыря не называется, согласно общей традиции тех мест, Иорданом, я толком объяснить не могу. Вероятно, её переименование — дело недалёкого будущего.

Ещё я не помню, сколько всего человек нас было, хоть мне и не даёт покоя Папюс с его «аналогией как основным принципом оккультного знания».

Автором идеи данного мероприятия выступила трэшовая команда «Оргия праведников». Их привёл в эти места друг всей их группы некто отец Роман, человек с умными глазами и в рясе. Когда у него звонит мобильник, вместо «алло» он говорит «Христос воскресе». Впрочем, быть может не всегда и не всем. С точки зрения логики, это может зависеть от того, стоит ли у него… определитель номера. Но может и не зависеть, то есть зависеть от чего-то другого.

Единственным человеком, с глазами которого у моих глаз установился прочный контакт (иногда до такой степени прочный, что на этой невидимой нити при необходимости вполне можно было бы посушить носки), был гитарист Сергей Калугин. Насколько я понял, он же является основным другом отца Романа.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Кожевников , Вадим Михайлович Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне
Адриан Моул и оружие массового поражения
Адриан Моул и оружие массового поражения

Адриан Моул возвращается! Фаны знаменитого недотепы по всему миру ликуют – Сью Таунсенд решилась-таки написать еще одну книгу "Дневников Адриана Моула".Адриану уже 34, он вполне взрослый и солидный человек, отец двух детей и владелец пентхауса в модном районе на берегу канала. Но жизнь его по-прежнему полна невыносимых мук. Новенький пентхаус не радует, поскольку в карманах Адриана зияет огромная брешь, пробитая кредитом. За дверью квартиры подкарауливает семейство лебедей с явным намерением откусить Адриану руку. А по городу рыскает кошмарное создание по имени Маргаритка с одной-единственной целью – надеть на палец Адриана обручальное кольцо. Не радует Адриана и общественная жизнь. Его кумир Тони Блэр на пару с приятелем Бушем развязал войну в Ираке, а Адриан так хотел понежиться на ласковом ближневосточном солнышке. Адриан и в новой книге – все тот же романтик, тоскующий по лучшему, совершенному миру, а Сью Таунсенд остается самым душевным и ироничным писателем в современной английской литературе. Можно с абсолютной уверенностью говорить, что Адриан Моул – самый успешный комический герой последней четверти века, и что самое поразительное – свой пьедестал он не собирается никому уступать.

Сьюзан Таунсенд , Сью Таунсенд

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее / Современная проза