Читаем Дамам на все наплевать полностью

Женщины, сидящие за двумя или тремя столиками около самой эстрады, смотрели на него таким взглядом, как будто он ангел, сошедший с небес или что-то в этом роде. Когда один из сидевших с ними мужчин, по-видимому, бизнесмен из Лос-Анджелеса, пытался что-то сказать, они все накинулись на него и заставили замолчать, чтобы не пропустить вдруг пару-другую тактов из этой песни. Это еще раз доказывает, до чего бабенки бывают шальные, прямо до чертиков. Допустим, выходит она замуж за бизнесмена, покупает он ей всякие красивые платья и возит по злачным местам, а она стреляет глазками в разных дешевеньких типов вроде певцов джаз-оркестров ночных клубов. Иногда эти бабенки даже удирают с певцами. Певец ее, конечно, бросает, а она тогда начинает охотиться за бизнесменом, которого бы ей удалось женить на себе для того, чтобы он покупал ей красивые наряды, а она опять строила бы глазки парням из джаза.

Так вот, я уже говорил вам, что местечко это роскошное, и, когда я уже собрался войти в зал, то увидел, что в мою сторону направляется одна дама. Она вышла из комнаты, что налево. Да-а! Природа выдала этой красотке полный комплект всего, что полагается! Высокая, стройная, не женщина, а картинка! И шла она высоко задрав нос, как королева. Брюнетка. Прическа самая наимоднейшая. Роскошная беби! Но вид у нее свирепый. Губы сурово сжаты. Не знаю почему, но я сразу подумал, что это и есть Генриетта.

Я оглянулся назад в коридор. Перейра стоял все там же, болтая с девушкой у вешалки. Я кивнул ему, и он подошел.

— Кто эта беби, Перейра? — спросил я его. — Вон та, которая только что села за столик совсем одна? Я и не знал, что у вас водятся такие дамочки.

Он улыбнулся. Этот Перейра напоминал мне змею. Не нравится он мне.

— Сеньор, — сказал он, — у нас есть все. А эта леди — сеньора Генриетта Эймс.

— Да что вы говорите?! — воскликнул я, разыграв искреннее изумление. — Послушайте, Перейра, а это не та самая дама, которая была замужем… тьфу, черт, как же его имя… ах, да, Грэнворт Эймс, который покончил с собой в Нью-Йорке? Я в то время как раз был в Нью-Йорке и читал об этом в газетах.

Он кивнул и сделал такую мину, как будто выражал глубокое соболезнование. Потом он начал мне рассказывать, что Генриетта приехала на гасиенду Алтмиру в полной уверенности, что это заведение принадлежит ее мужу Грэнворту. Но он, Перейра, должен был выполнить свой долг и сказать ей, что это заведение давно заложено, а так как Грэнворт не выплатил соответствующую сумму, то теперь заведение перешло в полную его собственность.

Он развел руками.

— И знаете, сеньор, у этой несчастной леди много всяких неприятностей. Что-то у нее там неладно с деньгами. Я, сеньор, по натуре очень добрый человек. Мне жаль эту бедную женщину. И я разрешил ей остаться здесь и играть роль хозяйки до тех пор, пока не придумает что-нибудь для себя.

— Что ж, выходит, вы отличный парень, Перейра, — сказал я. — Как насчет того, чтобы познакомить меня с этой леди?

Он поспешно кивнул, но я тут же сказал, что пока не стоит, потому что как раз в этот момент к столику, за которым сидела Генриетта, подходил какой-то довольно красивый парень. И по тому, как он смотрел на Генриетту и как она, в свою очередь, посмотрела на него, я понял, что эту парочку связывают довольно теплые чувства. Я улыбнулся Перейре.

— Кажется, у нее уже есть дружок? — сказал я. — Красивый парень. Кто он?

— Его зовут Мэлони. Он довольно часто сюда заходит, играет в карты. Может быть, он и сегодня будет играть.

— Что ж, надеюсь, что я сегодня выкачаю из него немного башлей, — сказал я. — Между прочим, меня зовут Фрэйм. Селби Фрэйм. У вас здесь крупные ставки?

0-и пожал плечами.

— Это зависит исключительно от вас самих, сеньор Фрэйм.

Я сказал «о'кей» и пошел к столику, где заказал себе большой бокал виски. По-моему, сейчас не стоит пытаться заговорить с Генриеттой, пока этот парень крутится возле нее.

А время шло. Вскоре ко мне подошел Перейра и представил меня компании, сидевшей за большим столом. Ребята оказались очень приветливыми, а их дамы умели отлично танцевать. Если бы мои мысли не были заняты предстоящей работой, я бы, наверное, получил огромное удовольствие от этих танцев.

Около двух часов народ стал постепенно расходиться, и через полчаса в зале почти никого не осталось. Так, человек десять — двенадцать. Очевидно, это были те, кто собирался играть.

Моя компания тоже начала расходиться, и после того, как я распрощался с ними, ко мне подошел Перейра и сообщил, что игра скоро начнется. Он сказал, что я, вероятно, помню, где находится зал — как раз напротив лестницы на верхнем этаже. Я поблагодарил его и сказал, что знаю, где это, но сначала хочу немного пройтись. Я вышел на улицу и обошел вокруг здания в надежде что-нибудь разнюхать. У меня есть свой метод игры. Я люблю вступать в игру, когда страсти более или менее уже накалятся. Минут через 20 я вернулся. Официанты запирали окна, музыканты запаковывали свои гитары, почти все огни были погашены.

Перейти на страницу:

Все книги серии Лемми Кошен

Похожие книги