Читаем Дэдвуд (Deadwood). Жгут! полностью

Про тебя он так сказал: "Мистер Буллок поднимет лагерь с колен. Я надеюсь, он останется с нами и сделает это место пиздатым на долгие, блядь, годы, несмотря на свой непростой харатер и личные заёбы, ибо все мы нихуя не ангелы. А бегство от самого себя абсолютное и ничего не решающее уебанство".

* * *

— Мать моя, женщина! Там какой-то хорёк на твои бочки вылупился.

— Да забей. Это местный мэр.

* * *

Мой образцовый рассказ — это всего лишь нить укрепления экономики, вплетаемая мною в социальный ковёр.

* * *

"Сегодня ночью Дедвуд может лечь спать мирно и спокойно ибо поставщик всемозможных низменных и порочных развлечений Эл Сверенджен, отмудоханный сегодня днём по полной шерифом Буллоком, вернул ему шерифский инвентарь и регалии. Вне пошлых стен салуна Сверенджена "Самоцвет" добропорядочные граждане могут радостно и свободно заниматься любыми богоугодными делами. В этой связи мы особенно рекомендуем…" Далее проставляешь название занятий, которые сделают тебе неплохую рекламу.

* * *

Хош знать, када мы откроемся, Тесс? Когда мы с Джонни так, блядь, решим!

* * *

— Овсянка пылью покрылась.

— Ей трёх часов нет. 45 минут ещё.

— Хорош трындеть и замени грёбаную овсянку.

* * *

— Что-нибудь передать?

— Вообще-то да. "Эл, если ты ещё не помер, но уже разлагаешься, то мои вести тебя оживят. В наши воды заплыла рыбка, шоб потягаться с легендарным левиафаном. Поправляйся скорее, и мы подсечём этого хуесоса. Твой друг И Би". Ну и постскриптум можно: "А ещё у меня есть вести по вновь прибывшим пёздам, про которых ты приказал разведать". Прошу.

* * *

К цветастым рыбам присмотрись. Я их называю гиганстерами.

* * *

Я понимала, что при нём лагерь обречён на процветание.

* * *

Вот эта вот непонятная херь охуенно располагает к доверию.

* * *

Сладкая, результат гарантируют только в том случае, когда подписываются на еблю.

* * *

— Кто там у нас сказал: "Никогда не откладывай на завтра то, что можно сделать и послезавтра"?

— Точно не мой старик.

* * *

— Кажись, многим из нас сильно свезло на удары судьбы для воплощения типичных идей.

— Это вы про какие такие идеи?

— Простым людям они приходят на ум, когда мы обозлены. Но будучи аристократом я скажу так: "вы расстроены до глубины души".

* * *

Если кому-то нужно расквасить носяндру, то я готов предложить отличную кандидатуру.

* * *

Блядь, шли бы вы все нахуй. Надо было мне, блядь, деревом родиться.

* * *

Перейти на страницу:

Все книги серии Жгут!

Рим (Rome). Жгут!
Рим (Rome). Жгут!

Это красивый фильм о тайнах власти, а также о роли женщин в становлении Римской империи. Атия, Сервилья, Клеопатра. Мир запомнил эти имена.Это фильм об удаче, которая настигает тех, кто в нее верит. Тит Пуллон, ветеран Тринадцатого легиона, выходит из любой передряги – сытым, напоенным и оттраханным. Настоящий мужик!Это фильм о стойкости. Луций Ворен – соратник Тита Пуллона, центурион того же символически 13-го легиона. Человек принципиальной морали – порой жестокой и смертельной – как для подчиненных, для своей семьи.Всем поклонникам силового киношного реализма режиссер Тим Ван Паттен завернул еще одну хорошую конфетку.Властные цитаты, мудрые мысли, повелительные диалоги, афоризмы работы и быта во власти Древнего Рима, мощные максимы жизни и остроты героев фильма «Рим».Идея проекта: Роман Масленников.Авторский коллектив: Роман Масленников и Эдуард Мхом.

Роман Масленников , Роман Михайлович Масленников , Эдуард Мхом

Публицистика / Кино / Проза / Прочее / Афоризмы

Похожие книги

Эпоха сериалов. Как шедевры малого экрана изменили наш мир
Эпоха сериалов. Как шедевры малого экрана изменили наш мир

Масштабный всплеск зрительского интереса к Шерлоку Холмсу и шерлокианским персонажам, таким, как доктор Хаус из одноименного телешоу, – любопытная примета нынешней эпохи. Почему Шерлок стал «героем нашего времени»? Какое развитие этот образ получил в сериалах? Почему Хаус хромает, а у мистера Спока нет чувства юмора? Почему Ганнибал – каннибал, Кэрри Мэтисон безумна, а Вилланель и Ева одержимы друг другом? Что мешает Малдеру жениться на Скалли? Что заставляет Доктора вечно скитаться между мирами? Кто такая Эвр Холмс, и при чем тут Мэри Шелли, Вольтер и блаженный Августин? В этой книге мы исследуем, как устроены современные шерлокианские теленарративы и порожденная ими фанатская культура, а также прибегаем к помощи психоанализа и «укладываем на кушетку» не только Шерлока, но и влюбленных в него зрителей.

Анастасия Ивановна Архипова , Екатерина С. Неклюдова

Кино
Итальянские маршруты Андрея Тарковского
Итальянские маршруты Андрея Тарковского

Андрей Тарковский (1932–1986) — безусловный претендент на звание величайшего режиссёра в истории кино, а уж крупнейшим русским мастером его считают безоговорочно. Настоящая книга представляет собой попытку систематического исследования творческой работы Тарковского в ситуации, когда он оказался оторванным от национальных корней. Иными словами, в эмиграции.В качестве нового места жительства режиссёр избрал напоённую искусством Италию, и в этом, как теперь кажется, нет ничего случайного. Данная книга совмещает в себе черты биографии и киноведческой литературы, туристического путеводителя и исторического исследования, а также публицистики, снабжённой культурологическими справками и изобилующей отсылками к воспоминаниям. В той или иной степени, на страницах издания рассматриваются все работы Тарковского, однако основное внимание уделено двум его последним картинам — «Ностальгии» и «Жертвоприношению».Электронная версия книги не включает иллюстрации (по желанию правообладателей).

Лев Александрович Наумов

Кино
Александр Абдулов. Необыкновенное чудо
Александр Абдулов. Необыкновенное чудо

Александр Абдулов – романтик, красавец, любимец миллионов женщин. Его трогательные роли в мелодрамах будоражили сердца. По нему вздыхали поклонницы, им любовались, как шедевром природы. Он остался в памяти благодарных зрителей как чуткий, нежный, влюбчивый юноша, способный, между тем к сильным и смелым поступкам.Его первая жена – первая советская красавица, нежная и милая «Констанция», Ирина Алферова. Звездная пара была едва ли не эталоном человеческой красоты и гармонии. А между тем Абдулов с блеском сыграл и множество драматических ролей, и за кулисами жизнь его была насыщена горькими драмами, разлуками и изменами. Он вынес все и до последнего дня остался верен своему имиджу, остался неподражаемо красивым, овеянным ореолом светлой и немного наивной романтики…

Сергей Александрович Соловьёв

Биографии и Мемуары / Публицистика / Кино / Театр / Прочее / Документальное