— Меня перевели и… погоди-погоди, — замахал руками поляк. — это что, тот момент, когда, перед лицом смертельной опасности, мы должны излить друг другу души? Я тебе расскажу, как набедокурил так, что меня закинули в самую жопу Гвардии. А ты — как докатился до того, чтобы угодить в кутузку.
— Ну — примерно. Да. Примерно такая мысль и была.
Грибовский прищурился.
— Ты ведь знаешь, что в старых фильмах после такого обмена информацией, один из героев обязательно погибал.
— Ага, — радостно кивнул Алекс. — жаль, только, ты раскусил меня. Думал, вытяну тебя на откровение, а какой-нибудь демон тебя здесь и прихлопнет.
— Ха-ха, — передразнил Грибовский. — нет, дорогуша, так просто от лейтенанта Грибовского не избавиться. И вообще — ты точно уверен, что Маска здесь появиться на начало Самайна?
— Разумеется, — кивнул Алекс и даже закатил глаза. — Почти тринадцать лет назад здесь состояла призыв демона-барона из четвертой сотни легионов и…
— И можно попроще. Я в аристократии несилен.
— Короче, Грибовский, здесь за волосы из ада вытягивали супер-пупер-мега-демонюгу, которая могла покрошить весь в город в мелкий фарш.
— Во! — гвардеец поднял большой палец. — так понятнее.
— И, как я уже втолковывал Майору и умникам, здесь грань между миром живых, мертвых, адом и раем.
— Которого не существует, — добавил Грибовского.
Алекс ведь говорил, что поляк
— Не важно, — отмахнулся Дум. — так вот здесь она и без того максимально податлива. А в момент Самайна и вовсе будет как решето. Хоть демона-графа из пятой сотни призывай. А он устроит локальный филиал бездны на всей Атлантиде.
— Сильно.
— Не то слово.
Грибовский щелкнул зубами по очередному дрожже.
— Ну ладно, — он легко махнул рукой. — ради такого можно было и пострадать две недели, организовывая здесь капкан.
В этот самый момент затрещала рация под плащом лейтенанта.
— Красный, красный, я гнездо, — донеслось оттуда. — я гнездо. Как слышно? Прием.
— Гнездо, я красный, — ответил, нажав кнопку, Грибовский. Причем, опять же, голос его буквально источал железо. — слышу нормально. Прием.
— Красный, как ситуация? Прием.
— Гнездо, я красный. Ситуация стабильная. Вижу точку входа. Объекта на месте нет. Режим полной готовности. Прием.
— Красный, я гнездо. Режим поддерживать. Ждем команду Майора. Не высовывайтесь. Прием.
— Гнездо, я красный. Вас понял. Ждем команду. Прием и конец связи.
Грибовский отжал клавишу и повесил рацию обратно на пояс.
— Блять, лейтенант, это звучит так, будто по телефону разговаривают два придурка.
— И не говори, — с горечью вздохнул поляк. — но протокол, есть протокол. К тому же переговоры слушают еще два десятка наших постов, не считая группы быстрого реагирования на подхвате.
Алекс еще раз взглянул на развалины у подножия холма. Здесь, вокруг бывшей школы Фоллен, пристанище молодых черных магов, в этот вечер стояли в засаде не меньше сотни Гвардейцев. А само поместье и долина вокруг него были укрыты целым сонмом различных чар и заклятий.
Дум лично принимал участие в установке многих из них. Собственно, ради этого, его и сняли с занятий и, вместе с поляком, вывезли сюда. И каждое утро им приходилось проезжать почти полсотни километров от ближайшего мотеля.
Но проезжать — не проползать.
Помнится, в ту знаменательную ночь, почти тринадцать лет назад, именно так Алекс и добрался до цивилизации. Всю ночь полз, брел и, в общем, как-то перемещался через мертвый лес к шоссе.
— О, смотри, парад начинается, — Грибовский чуть подвинул экран смартфона так, чтобы было видно центральный проспект Маэрс-сити. По нему, в данный момент, брало старт праздничное шествие. Тысячи людей в самых разных маскарадных костюмах. Огромные платформы, на которых танцевали и пели люди, стоя на гигантских фигурах, головах или иных атрибутах разнообразных монстров.
Все это было похоже на карнавал в Рио, только с поправкой на антураж Хэллоуина. Хотя и здесь обнаженной плоти хватало.
Шествие, от тротуара, было отсечена ограждениями, которые охраняли фараоны. Они прикрывали спинами зрителей от участников шествия.
В небе уже запускали огромные шары-головы монстров. И даже начинали плыть дирижабли, которые давно уже вышли из обихода Маэрс-сити и использовались только по праздникам.
— Всегда хотел на него попасть, — грустно протянул Грибовский. — но, видимо, и в этом году не судьба. А жаль — процессия придет к Арене прямо к началу финала турнира. Шоу будет просто невероятное.
— А сколько сейчас до города?
— Ну, если не соблюдать ПДД, то около трех часов, а что? Нет, я не против дезертировать ради такого, но мы все равно опоздаем на час-полтора.
— Три часа, — повторил, задумчиво, Алекс. — должен успеть. А следующий выход на связь через два с половиной…
Грибовский медленно перевел взгляд на Дума. Поляк не был идиотом. Он что-то понял, но было уже поздно.
Ладонь Алекса, с пылающей на ней печатью, опустилась на лоб лейтенанту. Тот размяк свалился в руки Думу.