Неприятности с регистрацией не смущали «новых русских». К чему формальности? Словом, когда в Москву приехал политический деятель новой волны председатель правления челябинской областной организации «Демократическая партия России» Андрей Свиридов и предложил создать филиал фирмы ЭХО в своем регионе, возражений не последовало.
Своя рука – владыка. Документы сварганили. Но снова осечка – в Челябинске филиал не зарегистрировали, поскольку сами учредители не являлись юридическими лицами.
И тогда Свиридов создает и регистрирует ассоциацию «Возрождение уральской деревни» – брата-близнеца филиала фирмы ЭХО. Отныне и вплоть до провала сделки в контрактах и иных документах, в зависимости от складывающейся ситуации, фигурируют именно эти две структуры плюс фонд «Вечная память солдатам». Цель одна – продать 140 миллиардов рублей за доллары и получить при этом свою долю, так называемую «дельту». Как любили говорить тогда и впоследствии о таком способе обогащения: наши интересы должны быть учтены.
Не буду утомлять читателя описанием целого ряда махинаций Свиридова с денежными средствами филиала и фонда. Их было предостаточно. Но когда на горизонте замаячили неприятности, каждый стал выкручиваться, как считал нужным.
«21.04.91 г. СРОЧНАЯ ТЕЛЕГРАММА председателю Челябинского горсовета народных депутатов. «23 января в программе «Время» был передан сюжет о незаконной продаже 140 миллиардов рублей Челябинским филиалом фирмы ЭХО, якобы учрежденной Международным неправительственным фондом «Вечная память солдатам». 1. Ни правлением фонда, ни его дирекцией фирма ЭХО не создавалась, и в реестре предприятий фонда она не числится. 2. По наведенным нами справкам… филиал незаконно действует от имени Международного неправительственного фонда «Вечная память солдатам». 3. Просим Вас срочно установить происхождение филиала фирмы, приостановить его незаконную деятельность.
Однако вернемся к Гиббинсу. Сбежав в ЮАР, он вместе с компаньоном Дэвидом Фраем организовал посредническую фирму «Дов трейдинг интернэшнл». Прослышав о продаже рублей за доллары, Гиббинс по договоренности с Фраем срочно отбыл в СССР. Перед отъездом, за дружеским застольем, он попросил случайных знакомых – жителей Лондона супругов Растин – заняться поиском бизнесменов, способных предоставить крупные долларовые суммы.
Вернувшись в Москву, Гиббинс при содействии ранее упоминавшегося Юрия Козлова первоначально посетил Госбанк и Промстройбанк СССР, где получил разъяснение, что предложенные им условия, а именно покупка 140 миллиардов рублей по курсу 18,5 рубля за один доллар США, неприемлемы и незаконны. 5 декабря 1990 года аналогичные переговоры Гиббинс провел в МВЭС России и получил аналогичные разъяснения. Он не сдавался и нашел-таки в номерах-офисах гостиницы «Россия» человека, пообещавшего через свои связи в правительстве реализовать предложения по сделке.
Это был Свиридов. По его подсказке Гиббинс подготовил письмо на имя Силаева о продаже 140 миллиардов рублей за 8 миллиардов долларов США. По своим каналам Свиридов «протолкнул» письмо лично премьеру, который, в свою очередь, поручил изучить предложение своему заместителю Фильшину. Геннадий Иннокентьевич списал документ президенту компании «Российский дом» Новикову и министру внешнеэкономических связей Ярошенко.
«СОВЕТ МИНИСТРОВ СССР.
Оба они от участия в проработке сделки уклонились. Однако это не помешало Гиббинсу вступить в переговоры с так называемой «рабочей группой» под руководством Свиридова.
Компания на переговорах в гостинице «Россия» собралась пестрая. Разыскиваемый Интерполом Гиббинс, бывший ортодоксальный коммунист Свиридов, бывший мастер производственного обучения ПТУ Моисеев, некто Бед еров (в прошлом инженер), бывший наш соотечественник, гражданин Израиля Владимир Розенберг, военный переводчик Чернявский и, наконец, бывший партийный функционер, а затем офицер ПГУ[12]
КГБ СССР Торосов.