Читаем Дело всей жизни. Воспоминания начальника Генштаба полностью

Огромное военно-политическое и стратегическое значение победы под Сталинградом для хода и исхода второй Мировой войны общеизвестно. Большая роль в её достижении принадлежит А.М. Василевскому. Весьма удачный и оригинальный замысел этой, вошедшей в мировую историю, классической операции и её блестящее осуществление свидетельствовали о выдающихся полководческих способностях Василевского.

В Курской битве, благодаря выдержке и дальновидности ВГК И.В. Сталина, гибкости и незаурядности стратегического мышления Жукова и Василевского был выработан совершенно новый взгляд на стратегическую оборону, чего не удалось в 1941 и 1942 годах. Суть её состояла в том, что оборону нельзя рассматривать лишь как временный и кратковременный вид военных действий. Стратегическая оборона с целью отражения наступления и разгрома превосходящих сил противника, требует проведения ряда напряженных оборонительных сражений и операций и для этого, в конечном счете, требуется не меньше сил, чем для наступающего. Это было крупным открытием в военном искусстве, не потерявшим свое значение и современных условиях.

При проведении Белорусской операции А. Василевский координировал действия 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов, в ходе которой он многое сделал для оказания помощи и становления только что назначенного очень талантливого командующего войсками 3-го Белорусского фронта генерала И.Д. Черняховского.

Так случилось, что после его гибели в феврале 1945 года в ходе Восточно-Прусской операции А.М. Василевский был назначен командующим войсками 3-го Белорусского фронта. И.Х. Баграмян, ставший заместителем Василевского, так характеризует его деятельность в этот период. «Вступив в командование фронтом, – писал он, – за считанные дни… полностью изучил ситуацию, выявил те звенья оперативной цепи, ухватившись за которые можно было вытянуть ее полностью, то есть ликвидировать Восточно-Прусский плацдарм. Он с твердостью, присущей только очень волевым военачальникам, наметил последовательность действий. Сначала разгром Хейльсбергской группировки, затем штурм Кенигсберга и, наконец, сокрушение войск врага на Земландском полуострове. Поручив мне все, что было связано с планированием штурма’ Кенигсберга, он, казалось, весь ушел в организацию Хейльсбергской операции и руководил ею с необычайной конкретностью и скрупулезностью. Как только развязка в Хейльсберге ста ла зримой, Александр Михайлович переключился на Кенигсберг и в короткий срок завершил разгром Восточно-Прусской группировки противника. Большую роль в блокировании этой группировки с моря сыграл Балтийский флот под командованием адмирала Трибуца».

В этой операции на завершающем этапе войны А. Василевский не спешил со штурмом Кёнигсберга и максимально возможно берег войска. С согласия Сталина он сосредоточил на Кёнигсбергском направлении авиацию нескольких фронтов, непрерывными массированными ударами с воздуха в сочетании с активными действиями наступающих войск добился сокрушения и капитуляции немецко-фашистских войск. ВВС, в том числе дальняя авиация, выполняли задачи превосходно. Но бытующие легенды о том, что все совершила лишь дальняя авиация, будем считать «некоторым» преувеличением. В этой операции в полной мере проявились такие черты полководца, как осмотрительность, осторожность и расчетливость, за что иногда упрекали Василевского. «Думаю, – говорил он, – что каждый военачальник, будь то командир части или дивизии, командующий армией или фронтом, должен быть в меру расчетливым и осторожным. У него такая работа, что он несет ответственность за жизнь тысяч и десятков тысяч воинов, и его долг – каждое свое решение взвешивать, продумывать, искать наиболее оптимальные пути к выполнению боевой задачи. Расчетливость и осторожность в рамках необходимости, по моему мнению, являются не отрицательным, а положительным качеством военачальника».

Вершиной полководческого искусства А.М. Василевского была подготовка и проведение Маньчжурской стратегической наступательной операции войск Дальнего Востока. По указанию Верховного под руководством А.М. Василевского Генштаб приступил к подготовке этой операции сразу после окончания Белорусской операции, начав с расчетов по переброске дополнительных войск на Дальний Восток. Поразительно тонко и умно были спланированы все детали грандиозной перегруппировки войск и сил авиации. Например, с советско-германского фронта в первую очередь снимались и отправлялись дивизии, которые в свое время были переброшены с Дальнего Востока на запад, создавая впечатление, что они по мере завершения войны возвращаются к местам постоянной дислокации.

Продумывались вопросы управления войсками на Дальнем Востоке. Почти за год до начала этой операции Сталин уже прикидывает, что Жуков будет завершать войну в Германии, а Василевский направится на Восток. Назначая А. Василевского на 3-й Белорусский фронт, он хотел дать ему практику в командовании войсками фронта и лучше подготовиться к решению задач на Дальнем Востоке.

Перейти на страницу:

Все книги серии Великие вспоминают

Деловые письма. Великий русский физик о насущном
Деловые письма. Великий русский физик о насущном

Пётр Леонидович Капица – советский физик, инженер и инноватор. Лауреат Нобелевской премии (1978). Основатель Института физических проблем (ИФП), директором которого оставался вплоть до последних дней жизни. Один из основателей Московского физико-технического института.Письма Петра Леонидовича Капицы – это письма-разговоры, письма-беседы. Даже самые порой деловые, как ни странно. Когда человек, с которым ему нужно было поговорить, был в далеких краях или недоступен по другим причинам, он садился за стол и писал письмо. Круг его адресатов-собеседников широк. От матери и первой жены Надежды Черносвитовой и до советских вождей – Сталина, Хрущева и Брежнева.В этих письмах известные исторические деятели, ученые и близкие автора, как и он сам, предстают перед нами с неожиданной стороны. Такими мы их не еще не знали. Цель книги обозначена самим автором: «На словах только в любви объясняются, а о делах следует писать.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Пётр Леонидович Капица

Биографии и Мемуары

Похожие книги

Актерская книга
Актерская книга

"Для чего наш брат актер пишет мемуарные книги?" — задается вопросом Михаил Козаков и отвечает себе и другим так, как он понимает и чувствует: "Если что-либо пережитое не сыграно, не поставлено, не охвачено хотя бы на страницах дневника, оно как бы и не существовало вовсе. А так как актер профессия зависимая, зависящая от пьесы, сценария, денег на фильм или спектакль, то некоторым из нас ничего не остается, как писать: кто, что и как умеет. Доиграть несыгранное, поставить ненаписанное, пропеть, прохрипеть, проорать, прошептать, продумать, переболеть, освободиться от боли". Козаков написал книгу-воспоминание, книгу-размышление, книгу-исповедь. Автор порою очень резок в своих суждениях, порою ядовито саркастичен, порою щемяще беззащитен, порою весьма спорен. Но всегда безоговорочно искренен.

Михаил Михайлович Козаков

Биографии и Мемуары / Документальное
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Альфред Адлер , Леонид Петрович Гроссман , Людмила Ивановна Сараскина , Юлий Исаевич Айхенвальд , Юрий Иванович Селезнёв , Юрий Михайлович Агеев

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное