Читаем Дембельский аккорд полностью

Я стоял в нескольких метрах от застывшей лужицы с эФкой и направлял подходившие тройки и двойки в нужных направлениях… Разведчики ещё на базе были ознакомлены с боевым порядком группы, вплоть до своих мест с соседом справа и товарищем слева… Но на местности мне следовало проконтролировать их размещение в качестве дополнительной подстраховки… Чтобы молодые бойцы ничего в темноте не перепутали… Центром позиций группы являлось место, где грунтовая дорога пересекает песчаную гряду с кустарником и выходит на берег. Вправо располагались: двойка Волженко с минером, тройка Дарьина и Бычков со своими дозорными… Всего восемь спецназовцев… Слева от дороги заняли позиции: командирская двойка - я и гранатометчик, а чуть подалее - тройка пулеметчика Филатова… На левом фланге нас было пятеро. Но зато позади нас осуществлял боевое охранение "слоновотелый" контрактник с ещё двумя крепкими дозорными… Так сказать, ещё с парой "бронзовотелыми" удальцами.

Поскольку правая оконечность позиций группы была самой растянутой и густонаселенной, то именно с неё я и начал контрольный обход с целью уточнения боевых задач каждому разведчику и личному контролю за правильностью выбранных ими огневых рубежей… Первой была двойка минеров.

- Мишаня! Мину сам установишь? - шепотом спросил я лейтенанта.

- Конечно. - ответил он и даже улыбнулся.

Именно для этого его вообще-то и обучали в военном училище целых пять лет. Вернее такая установка мины МОН-50 в управляемом электрическом варианте представляла собой почти элементарщину, которая должна была преподаваться ещё на первом курсе. Поэтому я указал им направленность подрыва мины и с легким сердцем проследовал дальше.

А там всё ещё шебуршали и копошились Дарьин и его коллеги. Лежать на влажном и холоднючем песке им, оказывается, было крайне неприятно… И даже противно.

- Вот мы ветки и пообламывали впереди себя. - шепотом оправдывался старший тройки. - И под себя выкладываем.

Мысленно я даже похвалил… И себя любимого за то, что отобрал в свою группу солдата Дарьина, и его - за смекалку и сообразительность… Но вслух я слегка отругал бойцов за излишний шум и порекомендовал им обламывать ветки как можно тише… Поскольку их позиции ещё не обладали хорошим обзором, то я пошел к Бычкову.

У сержанта дела обстояли очень хорошо и даже великолепно: рубежи выбраны правильные, переправа и берег просматривались отлично, интервал между стрелками нормальный… Всё вроде бы "в ажуре"… Но хвалить их я не стал… Чтобы не расслабились потом на всю ночь, уверовав в свою подготовленность к бою… Одобрить одобрил и не больше того.

- Слушай дальше… - начал я негромко и повернулся в сторону тыла. - Если эти негодяи попрут с обратного направления, то ты со своими бойцами делаешь так.

Указав сержанту маршрут перебежек и непосредственно сами запасные позиции в случае перемены направления главного удара, я обозначил местонахождение Молоканова.

- Смотри, не зацепи их! - строго-настрого предупредил я. - Вам больше всех придется перемещаться. Поэтому аккуратней!

Позади тройки Бычкова кустарник рос густо и им придется его пересечь полукругом, чтобы добраться до выгодных рубежей открытия огня, с которых они преспокойно достанут неприятеля как на асфальтовой дороге, так и на спуске.

- Только стрелять надо будет стоя! Неудобно малость, но зато легче менять позиции… Влево-вправо… Влево-вправо… Понятно?!.

Выслушав мой командирский наказ, Бычков больше вопросов по существу не задавал, но напоследок полюбопытствовал.

- Товарищ старшнант! А до скольки мы будем тут сидеть?

- До завтрака! - пошутил я по-черному. - Полевая кухня обещала приехать.

Понял он юмор или же застыл в шоковом ступоре - этого я уже не различил в темноте… Пора было инструктировать Дарьина и его компашку. Проверив сектор стрельбы на каждом рубеже, я также скупо высказал свое одобрение по поводу удачно выбранных и неплохо подготовленных огневых позиций. Затем уточнение боевой задачи при изменении окружающей обстановки проводилось с учетом местных "достопримечательностей".

- Если эти подлецы будут переправляться через реку, то нам нужно выждать того момента, когда они выберутся на наш берег. И вот отошли дудаевцы от воды метров на пятнадцать-двадцать… Чтобы они обратно в воду не попрыгали со страху и не уплыли… А то догоняй их потом до самого Каспийского моря!… Хватит ржать!… Итак… Они подходят поближе к нам и в этот момент минеры подрывают мину! И только после этого вы можете стрелять по врагу! Короткими очередями по три-четыре выстрела. Понятно? И позиции менять то вправо, то влево на несколько метров… Как получится… Смена позиции - через каждые три-четыре очереди! Ясно!

- А гранаты когда можно бросать? - спросил боец. - И "мухи" применять?.

Он слегка опередил меня, но ничего предосудительного в его вопросе не было.

- Если кто-то заляжет за бугром или в яме, да ещё и отстреливаться вздумает… Тогда и бросаете свои гранаты… Главное - чтобы как можно ближе к нему добросить.

- А какие первыми бросать? РГДешки или эФки?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Георгий Сергеевич Березко , Георгий Сергеевич Берёзко , Наталья Владимировна Нестерова , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Война
Война

Захар Прилепин знает о войне не понаслышке: в составе ОМОНа принимал участие в боевых действиях в Чечне, написал об этом роман «Патологии».Рассказы, вошедшие в эту книгу, – его выбор.Лев Толстой, Джек Лондон, А.Конан-Дойл, У.Фолкнер, Э.Хемингуэй, Исаак Бабель, Василь Быков, Евгений Носов, Александр Проханов…«Здесь собраны всего семнадцать рассказов, написанных в минувшие двести лет. Меня интересовала и не война даже, но прежде всего человек, поставленный перед Бездной и вглядывающийся в нее: иногда с мужеством, иногда с ужасом, иногда сквозь слезы, иногда с бешенством. И все новеллы об этом – о человеке, бездне и Боге. Ничего не поделаешь: именно война лучше всего учит пониманию, что это такое…»Захар Прилепин

Василь Быков , Всеволод Вячеславович Иванов , Всеволод Михайлович Гаршин , Евгений Иванович Носов , Захар Прилепин , Уильям Фолкнер

Проза о войне / Военная проза / Проза
Танкист
Танкист

Павел Стародуб был призван еще в начале войны в танковые войска и уже в 43-м стал командиром танка. Удача всегда была на его стороне. Повезло ему и в битве под Прохоровкой, когда советские танки пошли в самоубийственную лобовую атаку на подготовленную оборону противника. Павлу удалось выбраться из горящего танка, скинуть тлеющую одежду и уже в полубессознательном состоянии накинуть куртку, снятую с убитого немца. Ночью его вынесли с поля боя немецкие санитары, приняв за своего соотечественника.В немецком госпитале Павлу также удается не выдать себя, сославшись на тяжелую контузию — ведь он урожденный поволжский немец, и знает немецкий язык почти как родной.Так он оказывается на службе в «панцерваффе» — немецких танковых войсках. Теперь его задача — попасть на передовую, перейти линию фронта и оказать помощь советской разведке.

Алексей Анатольевич Евтушенко , Глеб Сергеевич Цепляев , Дмитрий Кружевский , Дмитрий Сергеевич Кружевский , Станислав Николаевич Вовк , Юрий Корчевский

Фантастика / Проза / Проза о войне / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Фэнтези / Военная проза