Белгард вздрогнул, но тут же взял себя в руки, стараясь не показать, что только что произнесенные слова были для него откровением.
Разумная раса… Кто мог подумать, что мечта сотен поколений исследователей о встрече с нечеловеческим разумом давным-давно воплотилась в жизнь на этой планете…
Он замолчал, пытаясь осмыслить услышанное.
Пока они переговаривались, двигавшийся впереди колонны лесопроходчик вышел из теснины прорубленной им несколько часов назад просеки и вошел в черный зев тоннеля. Ярко вспыхнули его фары, залив пространство вокруг мертвенно-белым светом.
В голове Ильи Матвеевича метались сумбурные мысли. Разумные насекомые… Саморазвивающиеся роботы… Какая-то серебряная плесень… заброшенный город… Полная деградация, война двух рас, которая, судя по всему, длится уже не год и даже не десятилетие…
«Куда же я попал? — думал он, пока отряд тащился по широкому грязному тоннелю подземного лабиринта. — Как разобраться в этом хаосе, как найти Антона и что делать дальше?»
У него не было ответа на эти вопросы.
Жилище Дейвида оказалось старым подземным гаражом.
Здесь явно поработала рука человека. Широкий магистральный коридор был чист, над входом тускло сияла обыкновенная лампочка накаливания, а массивные ворота без скрипа и стенаний свободно поднялись, едва хозяин тронул скрытый сбоку от них рычаг.
— Не боишься незваных гостей? — поинтересовался Белгард.
— Нет, — лаконично ответил Ито. — Роботам не хватает сообразительности искать рычаг и дергать за него, а люди тут слишком большая редкость, чтобы опасаться их.
— А почему они не ходят вниз?
— Боятся. Тут нет ничего хорошего.
— А ты?
Дейвид пожал плечами, закрывая массивный створ ворот, который, как оказалось, двигался посредством сложной системы укрепленных изнутри противовесов.
— Мне не нравятся люди… — внезапно признался он, сверкнув на Илью Матвеевича недобрым взглядом. — С роботами проще и спокойнее. Они, по крайней мере, не норовят воткнуть тебе нож в спину или распорядиться твоей жизнью по праву сильного.
— Извини, Ито… Я не собирался лезть к тебе в душу.
Опустив ворота, Дейвид зажег свет. Илья Матвеевич огляделся, не скрывая своего любопытства. Первое, что бросилось ему в глаза, был компьютерный терминал, установленный особняком у серой бетонной стены. Перед ним, на приспособленном в качестве стола перевернутом кверху дном контейнере, лежала весьма архаичная клавиатура. Вдоль стен, в которых он разглядел еще три двери, тянулись верстаки и полки, оставшиеся еще с тех времен, когда гараж использовался по своему прямому назначению.
Пока он осматривался, роботы гуськом проследовали в среднюю дверь.
— Там их ангар, — пояснил Дейвид. — В другой комнате мое жилье, еще одну я использую как склад. Ну, а тебе придется довольствоваться этим, — он обвел широким жестом верстаки и терминал.
Илья Матвеевич не нашелся, что ответить. Пока Ито распаковывал свою поклажу и громыхал каким-то железом в ангаре для роботов, он в замешательстве продолжал сидеть в своей коляске.
Его непреодолимо, как магнитом, тянуло к компьютерной консоли, но вспотевшая ладонь Белгарда не решалась нажать джойстик управления. Почему Дейвид сказал, что до ближайшего компьютера лежит опасный путь? Или он не понял значения вопроса? А быть может, этот терминал неисправен или попросту отключен от сети?
Все его вопросы нашли свой ответ самым неожиданным и радикальным образом. Он не слышал шагов за своей спиной и очнулся только тогда, когда что-то холодное и острое коснулось его горла.
Он вздрогнул, и лезвие ножа больно врезалось в кожу.
— Не трепыхайся, — посоветовал голос Дейвида.
Илья Матвеевич и не думал о попытках сопротивления. Он просто обмер от такого неожиданного оборота событий.
— Теперь говори, зачем ты приперся сюда и как вы научились обходить паутину? Только не вздумай вешать мне лапшу, понял? — угрожающе добавил он.
— Я не понимаю тебя… — прохрипел Илья Матвеевич, чувствуя, как по его горлу пробежала горячая, щекотливая капелька крови от порезанной кожи.
— Тебе объяснить?! Ты не знаешь, что между верхним Городом и этим местом живут колонии металлических растений? Ртутная Росянка — ты слышал это название? Ни один человек по доброй воле не рискнет спускаться вниз!
Белгарда вдруг начала разбирать злость. Мало того, что он оказался калекой, брошенным на произвол судьбы в чуждом и непонятном ему мире… Мало, что он чуть не умер от голода и не замерз насмерть.
— Давай, Ито, не тяни!.. — зло прохрипел он. — Зарежь меня, и дело с концом.
— Почему я должен тебе верить? — в голосе Дейвида прозвучали нотки отчаянной обреченности. — Один раз я уже поверил людям из Города и лишился всего — семьи, дома, надежды…
— Я не человек из Города!.. Пойми ты это. Или пойми, или кончай, не тяни резину! — слова рвались из горла капитана, и он сам не понимал, откуда в нем взялась эта жесткость, воля, кристальная ясность мыслей и чувств…
Давление на его горло внезапно ослабло.
— Если ты не из Города, то тогда кто ты?