— Заклинание до вечера продержится на всех ловушках, а вот до завтра — вряд ли. — Вынырнула Сенила из недр нашего жилища на колёсах. — Надо, как приедем, или к магу за зарядкой накопителей, или сразу в Гильдию, сдать всё к ним в хранилище.
— Вот видишь, а ты ещё в деревню хотела заехать. — Часть накопителей я подзаправлю, но на все меня точно не хватит.
Почти все нужные потроха местных магических зверей очень быстро портились. Для их хранения и транспортировки использовались специальные хранилища, в которых создавалась определённая зона застывшего времени. Стоили такие контейнеры очень дорого, что и являлось главным препятствием для тех, кто хотел быстро заработать на сдаче магических потрохов. Мы вообще окупали эти ловушки долго, не было бы у меня запаса денег — померли бы с голоду. И это мы ещё неплохо экономили на магах, которые их подзаряжают. Ловушки работали на магии ветра и земли, что вообще было очень странно, ведь это стихии антагонисты. Другим приходилось ходить напитывать маной оба вида накопителей к двум разным магам, что тоже добавляло себестоимости такого вида деятельности.
Но я был универсален. И это было самым непонятным.
Я видел магические линии всех стихий, и мог выращивать из своего магического ядра все пять видов каналов. Запас маны у меня был пока небольшой, но я регулярно тренировался, наполняя себя с помощью медитации, а потом сливая полученное в один из накопителей.
За это время узнал, что маны жизни у меня примерно в два раза больше, чем маны остальных видов. При этом если сливать ману через канал одного вида (кроме жизни), канал другого вида уже не построить, маны не было. Такое ощущение, что у меня половина ядра была жизнь, а вторая половина — универсальный вид, который преобразовывался в любой вариант по моему желанию. Хотя считалось, что ядро делиться таким вот образом никак не может.
Цетон сказал, что про такое даже не слышал, потому, если я хочу не закончить свою жизнь в лаборатории какого-нибудь архимага, должен о своих способностях молчать. О них знала только Сенила, да и то, только про то, что я вижу магические линии, но она моя рабыня, выполнит любой мой приказ, в том числе тот, который запрещает о чём-то говорить. Если она его попытается нарушить, это её просто убьёт. Об этом известно всем, и сомневаюсь, что кто-то решит украсть её и допросить, чтобы узнать мои тайны. Потому, лучше всего, если она и останется единственным, кто знает мой секрет. Призрак графа не в счёт.
— Что, в следующий раз всё же попробуешь на того оленя? — Это опять заговорил граф. Он вообще редко баловал меня своим молчанием, очень любил поучать, а ещё больше — смеяться надо мной. Солдафон, что с него взять!
— Его без полноценной группы не взять. — С сожалением я констатировал, известный нам обоим, факт.
Этот олень был наш первый «эпичный фейл» на ниве зарабатывания денег. В результате одного случая Сениле достался очень интересный лук. Это оружие являлось артефактом, но стоимость его я не стал выяснять, потому что продавать не собирался. Во время одного столкновения с нехорошими людьми я оценил катастрофическую нехватку воина дальнего боя, потому всячески поощрял желание своей рабыни научиться им пользоваться.
Стреляла девушка очень неплохо. Говорит, что смутно помнит, как когда-то она уже использовала лук в своей жизни, но как давно это было, и на каком уровне у неё тогда были умения, не помнит. У неё вообще большие проблемы с памятью. Когда из неё делали рабыню-ублажательницу, то откатили память до возраста примерно тринадцати лет, а потом ещё и зациклили в периоде тридцати последних дней. Мнда, а я вот эту настройку в её голове сломал. Согласен, ломать я умею хорошо, всегда это знал. А теперь мне хочется научиться и строить хоть что-то.
Изучая её лук, я обратил внимание, что через тетиву проходит нитка магии на основе воды. Практические испытания показали, что тетива вообще не натягивается, (ощущения, как будто железный прут тягаешь), если не прикоснуться к ней специальным кольцом. После прикосновения, тетива становится упругой и легко натягивается, как будто это резинка от трусов, а не верёвка. Отпускаешь тетиву с кольца — она резко возвращается в своё состояние железного прута, а стрела летит. Летит очень даже далеко.
В этом мире расстояния определяют, в том числе, и полётами стрелы, это примерно сто пятьдесят метров. Так вот, эта стрела летела все пятьсот, а может и дальше могла, если правильным навесом пульнуть. Из плюсов можно ещё назвать то, что тетива, становясь жёсткой, не хлестала по руке, перчатку надевать было необязательно.
Но были и минусы. Во-первых, сильная отдача, что чуть не вырывала лук из рук, так что сила для него была всё же нужна. Ну и то, что летела стрела туда, куда ты её запустил, никаких самонаведений, только личная меткость. Толку в дальности полёта, если нет оптического прицела с лазерной подсветкой?