Читаем День ангела полностью

Генерал, главная угроза сегодня - не с Запада! Она здесь. Ну и чтобы не быть голословным и дать тебе почувствовать мои дела, прилагаю одно письмо: тринадцатилетнего Волчонка, несомненного члена организации - родителям и младшему (10 лет) брату. Год назад этот курсант был категорически против появления брата в школе, входил в список "Z" - кандидаты на отчисление по нелояльности к идеалам школы. Последние месяцы резкое изменение. Скачок в учебе, контактен, полное исчезновение признаков депрессии. Впрочем, суди сам. (Для справки, информация не секретная: отец - заместитель начальника штаба группы "Арихада" Северо-Западного округа. Ты его должен помнить - шел на два курса старше нас - Кузнечик.)

Приложение. Письмо родителям. Фотокопия.

Мама, отец, Фанг, здравствуйте. Из лагеря пишу второе письмо, а от вас пока ничего. Жду. Мои дела прежние: все в норме. Как и обещал, взысканий не имею, получил значок за успехи в спорте - первое место в беге и третье на полосе препятствий. Наш Белый Волк, кажется, наконец перестал удивляться и думать, будто я морочу ему голову, а сам вот-вот снова служить расхочу. Верьте и вы: лесным егерем, офицером я стану. И бригадиром стану, и генералом. Если будет нужно. Во всяком случае, учиться я буду столько, сколько нужно, чтобы знать и уметь много.

Фанги, малыш, я не шучу. Помнишь наш разговор ночью, когда я приезжал в отпуск? Так вот, все, что я рассказывал сбылось. И это ты сможешь получить только здесь, в Гуговской школе. Таких знаний, таких перспектив настоящего роста ни на какой гражданке нет. Пока нет. Надеюсь, ты меня понима-ешь. Вот мы научимся, нас станет больше - и тогда мы сможем принести эти знания другим - тем, кто захочет помогать Алаю победить его настоящих врагов и сделать жизнь на Гиганде счастливой. А пока - поступай в Гуговскую, и нас уже станет больше. Давай. Жду тебя.

С приветом и жду писем.

Ваш Бригг.

* * *

Как видишь, генерал, если не знать, не вчитываться в мелочи - письмо как письмо. Веселый, уверенный, спокойный парень. Любой психолог с легким сердцем занесет его в список "А" - искренне лояльные, в коррекции не нуждаются. Но когда ищешь, понимаешь то, чего цензор, конечно, не заметил. Братишка-то уже в курсе, и Волчонок этот ему едва ли не прямым текстом сообщает: дело, мол, идет, все хорошо, присоединяйся. Дорого, ох дорого я бы отдал, чтобы услышать, что он говорил младшему брату той ночью - когда бригадный с женой спали, счастливые и гордые, что воспитали такого сына: вот, перебесился и теперь выйдет в люди, станет опорой отечества...

Но тот разговор - ладно. Ведь не последний же он был такой. Так что нужны "клопы" - и не какие-нибудь списанные, а самый высший класс! Наши ребятишки - это тебе не деревенщина-дикобразы, которые не замечают микрофонов величиной с орех.

Короче. Надеюсь на твою быстроту, но - без спешки! Привлекать ли к этому делу кого-нибудь еще - смотри сам, тебе там виднее. Однако Лиса я бы пока не беспокоил: он ведь не электронику пришлет, он сам заявится. А дело хоть и серьезное, но не из таких, где нужно гнать. Я уж на что дышать боюсь, а по три раза на дню все же думаю: спугнул или пока нет? Из активных действий только на "засылку" двоих ребят и решился - так ведь тихонько как, они и сами не знают, на что пошли, папочки аккуратно сработали, дело не новое для них. А Лис, он, конечно, мастер, не нам чета, но - ты ж его знаешь - ждать он не любит.

Все. Не звони! Только так - пакет с курьером.

Здоровья и силы!

Волк

Реконструкция 3

Надежда

Мы с детства знаем о том, как снима

ли проклятия на баррикадах, и о том,

как снимали проклятия на стройках и в

лабораториях, а вы снимете последнее

проклятие, вы, будущие педагоги и вос

питатели. В последней войне, самой

бескровной и самой тяжелой для ее сол

дат.

Ево Вакудиан, младший кандидат Храма Времени, Йядра, Надежда

Перейти на страницу:

Все книги серии Антология «Время учеников 2»

Вежливый отказ
Вежливый отказ

Ну и наконец, последнее произведение СЃР±РѕСЂРЅРёРєР°, жанр которого точно определить затрудняюсь — то ли это художественная публицистика, то ли публицистическая проза. Короче говоря, СЌСЃСЃРµ. Впрочем, его автор Эдуард Геворкян, один из самых известных фантастов «четвертой волны», увенчанный в этом качестве многими премиями и литературными наградами, автор знаменитой повести «Правила РёРіСЂС‹ без правил» и известного романа «Времена негодяев», будучи профессиональным журналистом, в последние РіРѕРґС‹ уже не раз доказывал, что он большой специалист по испеканию вполне пригодных к употреблению блюд и в жанре публицистики (тем, кто не в курсе, напомню два его предыдущих опуса в этом жанре — «Книги Мертвых» и «Бойцы терракотовой гвардии»). По поводу последнего его произведения с витиеватым, но вполне конкретным названием, мне писать довольно сложно: автор и сам по С…оду повествования более чем жестко и умело препарирует собственные замыслы и выворачивает душу перед читателем наизнанку. Причем, что характерно, РіРѕРІРѕСЂРёС' он во многом о тех же вещах, что и я на протяжении почти всего СЃР±РѕСЂРЅРёРєР°, — только, разумеется, у Геворкяна на все своя собственная точка зрения, во многом не совпадающая с моей. (Ну и что? Не хватало еще, чтобы все думали, как я!) Поэтому остановлюсь лишь на одном моменте — а именно на реакции составителя СЃР±РѕСЂРЅРёРєР°, когда он прочитал в СЂСѓРєРѕРїРёСЃРё упомянутого сочинителя лихие наскоки в его, составителя, адрес. Да нормальная была реакция, скажу я вам. Слава Богу, с чувством СЋРјРѕСЂР° у составителя все в порядке. Разве что сформулировал ворчливо про себя «наш ответ Чемберлену»: мол, тоже мне писатель выискался — вместо того чтобы романы и повести кропать, все больше в жанре критико-публицистики экспериментирует. Р

Эдуард Вачаганович Геворкян , Эдуард Геворкян

Публицистика / Документальное

Похожие книги