Читаем Дерзкие. Будешь должна полностью

— Ты серьезно? — поворачиваюсь на него вся в слезах. — Ты сейчас серьезно, блядь, это спрашиваешь?!

— Да я, блядь, серьезно это спрашиваю! — он бьёт по рулю. Нас обоих колошматит сейчас.

— Ты…Ты просто сволочь, Глеб! Ты привёз меня сюда, предварительно сказав все те вещи, чтобы унизить побольнее! Чтобы мне было плохо из-за этого! Чтобы при мне пойти и…

— Мне показалось, ты чудесно отомстила, разве нет? Да и я вроде бы тебе ни капельки не нравлюсь, так в чём проблема? А, Катерина?! — выдаёт он, будто специально. Хочет ударить ещё больнее. Обвинить меня, но я не виновата.

— Я не хотела мстить! Я вообще ничего из этого не хотела! Я подумала, что что-то значу, раз ты позвал. Раз сказал все те слова, но похоже, что я просто ошиблась. Как была для тебя какой-то вещью вроде твоих давалок, так и осталась…

— Нет, не так, — говорит он рассерженно. — Всё, нахрен, не так! И ты это знаешь, блядь!

— Нет, я не знаю, блядь, не знаю! — выдаю с остервенением на него глядя. Ненавижу!

— Она подошла. Я тупо не среагировал. А потом уже поздно было метаться. Что вышло, то вышло. А про вещь ты вообще не права сейчас. Я так не считаю и никогда не считал, давай мы нормально поговорим. Дома, а не в машине…

— Я не хочу.

— Но придётся.

— Да? Силой заставишь? — спрашиваю, сжимая сумку до побелевших костяшек. А он подаётся ко мне для поцелуя, но я тут же отворачиваюсь к окну.

— Кать…Просто поговорим. Дома. Ладно? Если ты всё решишь, я отвезу тебя обратно в твоё общежитие. Хорошо?

Не оборачиваюсь, а он заправляет выбившуюся прядку за моё ухо. Проводит пальцами по моей щеке, а потом уводит их вниз на мою шею. От каждого касания я парю где-то над землей. Умираю и возрождаюсь заново.

— Дай мне шанс тебе всё объяснить.

Молча киваю. Потому что не в состоянии произнести ни слова. Лишь тихо плакать себе под нос. Кажется, я чувствую к нему намного больше того, в чём могу себе признаться.

Мы подъезжаем к дому в мёртвой тишине. Глеб указывает взглядом, что пора выходить, а меня и ноги-то еле слушаются. Но я медленно следую за ним. А он берёт меня за руку и тащит. Тащит в сторону своей спальни. Не знаю, почему не сопротивляюсь и не говорю ему ни слова. Он обещал разговор. Обещал мне это. И я окончательно разочаруюсь, если он меня обманет.

Мы заходим внутрь комнаты, в которой я когда-то проснулась впервые будучи в этом доме.

— Садись сюда, — он просто садится на кровать и заставляет меня залезть на него, чтобы усесться сверху. — Не бойся. Я не трону тебя. Садись. — тянет за руки, а потом забрасывает их к себе на плечи. Смотрю ему в глаза. В горле ком. А внутри просто дико и болезненно жжёт. Чувствую себя полной дурой. Показываю ему свои эмоции…Вот так. Лоб в лоб. Столкновение. Осколки. Два трупа. Во всяком случае, я так точно уже всё.

Я решаю для себя, что буду только слушать. Только слушать и больше ничего.

— Мне дико нравится целовать тебя, — шепчет он, касаясь моих губ пальцами правой руки. — И ты нравишься. Охренеть как нравишься. Тот поцелуй в клубе реально мой косяк. Должен был оттолкнуть, но не сделал. Давай мы просто забудем это и всё. Я забуду Руса, а ты её.

Смотрю на него и злюсь. И глаза горят от ревности. Я не хочу таких отношений. Чтобы потом всё время делать как он, в отместку. Как лететь на качелях высоко-высоко, подлетая, словно в самое небо, а потом падать вниз на грубую землю и получить ими же по башке до искр из глаз. Вот что я с ним чувствую.

— И всё равно я считаю, что ты тоже виновата. Потому что нихрена мне не говоришь. Всё время противишься. За последнюю неделю меня строили сильнее, чем за всю мою жизнь. Я тебе не нравлюсь, я тебе противен, ты меня не хочешь. И ещё тысяча подобных комплиментов в твоем исполнении. Так и самооценку растерять недолго, дорогая.

— Ты сам в этом виноват. Ты вёл себя как последний урод!

— Возможно, — отвечает, прижимаясь ко мне лбом и еле слышно касается губами моих. — Но сейчас я не хочу так…

— А как ты хочешь? — спрашиваю шёпотом, ощущая эти провокационные поцелуи. Низ живота так ужасно тянет, что хочется на стенку лезть. Да ещё и платье задралось так, что видны бедра и даже трусики. А он водит ладонями по моей заднице.

— Ты знаешь, как…Чувствуешь, — отвечает он, чуть вдавливая меня в себя. Чувствую всё его желание у себя между ног. Чувствую даже большее. — С тобой буквально крышу срывает. Не могу иначе реагировать. Когда стояли в тёмном коридоре, думал не выдержу…А потом…Когда ты лезла ко мне пьяная. Это был полный пиздец.

— Я не лезла.

— Лезла…У меня есть камеры…Посмотрим вместе?

— Козёл.

— Ага…

— Сними с меня платье, Глеб, — прошу его, тяжело дыша на всю его комнату, а он смотрит так… Невозможно. Как голодный зверь, который видит перед собой раненую жертву, будто чует запах крови. Это отрезвляет и пугает, выводя из манящего дурмана за секунды.

Перейти на страницу:

Похожие книги