— Там действительно двенадцать миллионов в облигациях?
— Чуть меньше. Хороший увесистый пирог.
Бэндел кивнул.
— Наличные ты снимешь с наших счетов в Нью-Йорке, после операции положишь их туда же немедленно.
— Да.
— Есть ли опасность как-то лишиться этих денег? Они могут уйти на сторону?
— Энди и Майк не выпустят их из рук, а остальным вовсе не обязательно знать, что в корзинках.
Бэндел отвернулся и устремил взгляд на окно. Секунды текли.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Но отвечаешь за все, Тони, лично ты.
Вигано улыбнулся.
— О’кей, Джо, — ответил он.
Джо высадил меня на углу проспекта Колумба и Восемьдесят пятой улицы, и я дошел до западного входа в Центральный парк пешком. Между газоном и тротуаром была стена высотой мне по колено, а перед стеной, спинками к ней, стояли скамейки. Я никак не мог понять, почему это так. Кому охота сидеть на парковой скамейке, если при этом приходится смотреть в противоположную от парка сторону? И все-таки здесь всегда бывало людно. Значит, я просто не мог постичь умом какой-то скрытой прелести такого сидения. Возможно, зевакам просто нравится считать такси? Я присоединился к ним и попробовал заняться тем же, приклеив предварительно усы и бросив на колени газету. День был жаркий, парило. Кожа под усами страшно чесалась, но я терпел, ибо боялся, что проклятые усы могут отвалиться. Хорош я буду, если люди Вигано явятся как раз тогда, когда мои усы шлепнутся на газету.
Испытание, ждавшее нас впереди, было неизмеримо более трудным, чем то, которое мы выдержали недавно там, в конторе. Одно дело орудовать среди цивилизованных людей, которые в самом худшем случае могут засадить тебя в тюрьму. Другое — среди матерых уголовников, твердо намеренных расправиться с тобой, опытных и жестоких мафиози, превосходящих нас и числом, и силой.
В первый раз Джо проехал мимо спустя двадцать минут после того, как я занял пост на скамье. Я не стал подавать сигнал, поскольку люди Вигано еще не явились. Через четверть часа он проехал опять. Так он и будет кружить тут, пока я не подам условный знак. После этого начнется вторая часть.
Бандиты явились за пять минут до того, как Джо должен был проехать в третий раз. К западным воротам подкатил черный лимузин. Сегодня все въезды в парк были загорожены серыми барьерами, похожими на козлы для пилки дров, и машина остановилась у начала аллеи. Прошло несколько секунд, и из нее вылезли два парня с девицами. По их виду нельзя было сказать, что эти люди привыкли разъезжать в лимузинах, да и шофер не потрудился распахнуть перед ними дверцы.
Компания настороженно огляделась по сторонам. Девицам было лет по двадцать с небольшим. Пышногрудые, немного тяжелые в бедрах, одетые в юбки и простенькие блузы. На их щеках лежала обильная вечерняя косметика, волосы были причесаны каким-то непостижимо замысловатым манером. Одна из девиц жевала резинку. Последним из машины выбрался «старший группы». Он был похож на своего приятеля и тоже парился в шерстяной кофте, до половины застегнутой на «молнию». В руках он держал корзинку для пикников. Судя по тому, как бандит вцепился в нее, корзинка была дьявольски тяжелой.
Компания вошла в парк, а лимузин остался на месте. Из выхлопной трубы тянулась струйка дыма. Я снял с коленей газету и бросил ее на другой конец скамьи. Минуту спустя какой-то костлявый старик поднял ее и унес, читая на ходу бюллетень курса акций.
Джо появился точно в срок. Он заметил исчезновение
-газеты, а зачем тут лимузин — догадаться нетрудно. Едва он проехал мимо, я встал и пошел в парк. Четверо участников пикника расположились на травке возле светофора — точно там, где мы им велели. Они шготным кольцом окружили корзинку и молчали, даже не пытаясь делать вид, будто им весело. Вигано, конечно же, понатыкал кругом своих людей. Я засек четверых, пока шел, но их на самом деле гораздо больше. Скоро я буду иметь счастье их лицезреть, хочется мне этого или нет.Я взглянул на часы и приблизился к праздной компании. Один из отдыхающих сунул руку за пазуху кофты. Улыбка на моем лице была не менее фальшивой, чем усы. Присев на корточки возле главаря, я тихо представился:
— Мистер Копп.
Глаза у него были, как у дохлой рыбы. Он цепко оглядел меня с головы до ног.
— Где товар?
— Уже в пути, — ответил я. — Но сперва надо заглянуть в вашу корзинку и вытащить оттуда пару бумажек.
— Кто это сказал?
— Я должен проверить. Всего несколько штук.
Я огляделся и заметил, что один из стрелков уже ближе.
— Зачем? — спросил хозяин корзинки. — Там как раз то, что вам нужно.
— Это уж мне судить.
Второй участник пикника посмотрел на меня, повернулся к приятелю и сказал:
— Пусть проверяет.
— Ладно, валяй, — согласился старший. — Только две-три штуки, не больше.
Склонившись над корзинкой и запустив в нее руку, я бросил взгляд на дорогу. Пора бы тебе и появиться, дружище Джо.