Я огляделась кругом. Парк словно замер в ожидании скорой зимы. Повсюду валялись искривленные предсмертной судорогой листья. Очарование природы исчезло. Какая же я дура! Как могла не понять, что он болен! Ведь сколько раз я видела Олега, он всегда сидел на скамейке. Не стоял, не ходил, а только сидел. Как можно быть такой слепой?
У меня еще оставалась надежда, что завтра все будет по-прежнему: парк, скамейка, Олег с ноутбуком. Но и завтра, и послезавтра, и через неделю скамейка пустовала.
По привычке я все еще бегала каждое утро в парке, но все, что я в нем любила, исчезло. Осталась только ужасная пустота в груди. Там, где у нормальных людей находится сердце. Я очень долго привыкала к жизни с этой пустотой. Все силы бросила на зарабатывание денег, отказавшись от веселых компаний институтских друзей. Незаметно пришла зима. Первый снег саваном укутал город.
Приближался Новый год. И однажды на той же дорожке я вдруг встретила Альберта! Он был, как всегда, неотразим - гладко выбрит, идеально подстрижен, энергичен. Увидев меня, весело помахал рукой.
- Маринка! - Я ощутила давно забытый аромат от Prada. - Маринка!…
- Ты что, забыл все остальные слова?
- Господи, Маринка, как я рад тебя видеть! Какая ты… Как мне тебя не хватает!
- По-моему, ты нашел более подходящую женщину…
- Нет. Я чудовищно ошибся. - Он схватил меня за руку. - Я всю жизнь любил только тебя.
Я молча высвободила руку - его прикосновения не вызывали во мне никаких эмоций. Слова отдавали мыльной оперой - мой повзрослевший разум уловил в них явную фальшь.
- У нее на все аллергия, - с горячечным жаром убеждал меня Альберт. - На мужчин, на детей, на запах спиртного, на мои задержки на работе. Маринка, возьми меня обратно. - Он умоляюще посмотрел на меня.
- Тебе что, жить негде? - поинтересовалась я.
- Ага, - с затаенной надеждой подтвердил он и жалостливо посмотрел на меня.
Может, когда-то я и попалась бы на этот крючок, но не сейчас.
- Извини, не могу, - резко, может, даже излишне, ответила я.
- У тебя кто-нибудь есть?
- Извини. - Я повернулась и побежала дальше.
- Между прочим, это мой пес, - крикнул он мне в спину.
- Ну и возьми его, если сможешь!…
Ночью я долго не могла уснуть, а когда, уже под утро, удалось задремать, мне приснился удивительный сон. Это был все тот же парк, наша с Олегом любимая скамья, усыпанная золотом листопада. И тут я услышала его голос, слово в слово, буква в букву повторивший слова, сказанные накануне Альбертом:
- Господи, Маринка, как я рад тебя видеть! Какая ты… Как мне тебя не хватает!
Но если в устах Альберта эти слова звучали как фарс, то сейчас они были полны отчаяния, боли и одиночества. Я обернулась и увидела Олега. Он шел мне навстречу с букетом желтых хризантем и улыбался.
«Олег!» - хотела крикнуть я, но голос куда-то пропал, тело отяжелело, ноги, не справившись с такой тяжестью, подогнулись, и я шмякнулась на ковер из листьев.
Он прошел мимо, а я смотрела ему вслед, не в силах что-либо предпринять. Солнце освещало его силуэт, букет хризантем в руках горел золотом. Еще несколько шагов, и он исчез, словно его и не было.
«Олег!» - снова попыталась крикнуть я и проснулась.
Что это было? Фантазии, навеянные вчерашней встречей с Аликом? Или Олег действительно нуждается в моей помощи?
И почему я раньше об этом не подумала? Вдруг он живет совсем рядом с парком, но по какой-то причине не может выходить на улицу? Я бы могла помочь ему! Например, вывозить гулять на коляске, разговаривать с ним…
Да много чего могла бы для него сделать, лишь бы найти его. Но как? Я даже фамилии не знала.
В институте мне было не до занятий.
- Маринка, ты что, спишь с открытыми глазами? - довольно чувствительно толкнула меня в бок Лена Зайцева.
- Нет, просто задумалась. Как можно найти человека, зная только марку его автомобиля и кличку собаки?
- Ну, можно, например… - произнесла Лена и зависла, накручивая прядь волос на палец.
- Например что? - попыталась я ускорить ответ.
- Например, обратиться к Витьке Головастику, - радостно выпалила Лена, и я мысленно в очередной раз укорила себя за непроходимую тупость.
Витька Головастик - наш сокурсник. На самом деле его фамилия Борисов, но из-за повышенной эрудированности и способности ответить практически на любой вопрос к нему прилипла смешная кличка. Впрочем, Виктор на кличку не обижался. Мало того, она ему даже нравилась.
Не откладывая дела в долгий ящик, на ближайшей перемене я подошла к Борисову.
- Виктор, - серьезным тоном начала я, - мне очень нужна твоя помощь.
- Очень-очень? - попытался пошутить он, но, видя полное отсутствие реакции с моей стороны, тут же посерьезнел. - Рассказывай.
И я рассказала - вкратце, конечно, не особо вдаваясь в подробности. Но суть Головастик схватил.
- То есть, если я правильно понял, тебе нужно найти хозяина черной «Ауди», причем ни номера, ни модели ты не знаешь. Так?
Я кивнула и добавила:
- У нее еще задние стекла тонированные. И машина такая… большая. - Я развела руки, показывая примерный размер.