это с брустверов блядь горсовета ракурс такойчей портфель с недожеванной алгеброй мой или витинэто мать в гастроном на свиданье с потной толпойно в отъезде отец моему отъезду не виденопознал бы его если скоро внизу парадпо симметрии звезд и фуражки серого верхаесли весело всем транспаранты вовсю паряттам висело сто лет миру мир и с подлинным верноотслужившему миру сложившему в стог сердцавместе с алгеброй всмятку и сразу отъезд отцатам где соки и воды висело что саду цвестьи цвело бы как миленькое хули не поливалитам в портфеле карбид историчке страшная местьи расплющенный гвоздь и заначенный рубль в пеналемы и сами цвели словно грузди в саду такомрадиатор в подъезде для секса и двор с грачамимы построили парусный как парфенон обкомчтобы господу было на чем отдыхать очамито откусит от ночи господь то от дня отъестто отлучка в булочную то вообще отъездя над городом висну не ведая отчегозолотая коса наотвес а душа в темницеу меня в тылу на три четверти небо черноесли три с половиной четверти в единицетут бывало с горынычем в парке один на одинпосле чмок царевну и вмиг обернется жабойвитязь в луже в дугу погляди лежит нелюдимтам где соки и воды но ведь не от них пожалуйсколько раз во сне на косе вертикально висстолько раз на постель в тоске опускался внизты теперь как театр только сцена внутри тебяно темно и куда ни сунься в занавес мордойэто кажется жизнью но прежняя жизнь теклаа другая промерзла насквозь и осталась твердойвозвращается с прялкой мать и отец с клубкомвот умрем все вместе и примемся жить как жилиздесь проспекты из яшмы из халцедона обкоммногослойный сон сколько дыр уместилось в шилес минарета господь распыляет дуст в небесадо земли висит золотая его коса
«сроду не бывал я в улан-баторе…»
сроду не бывал я в улан-баторене карабкался в степи в седлосоставляя мнение об авторелошадей и прочего всегоно имел монгольского товарищапили с ним в общаге мгувпрочем это было все когда ещеа точней сегодня не могуили я допустим не был в сурожев корсуне ничуть не ночевала ведь жизнь пожалуй прожил всю ужесловно жить еще не начиналпрямиком стезя да выстрел пуст еегде узором тесным по коврутак составлено мое отсутствиечто и быть не надо никомуи уже не подлежу замене ясилуэт зачеркнутый ничейв судорожном суроже забвенияв черном улан-баторе ночей