Читаем Девочка Аля полностью

В итоге после прочтения, как я писала с ошибками, так и продолжаю писать, но зато сексуальная фантазия моя точно встрепыхнулась. И решила я искать себе француза, они известные крутые любовники, барьеров не знают и явно поймут и одобрят мои фантазии. Наш мужик по попе-то шлепнет, а вот чтобы на ошейник посадить, молоко в блюдце налить и на пол поставить – это не каждый решится.

Так вот, француз, как я правильно угадала, меня во всем поддержал, но только потом вернуться в русло нормального секса не получилось. Созданный образ, как герой книги, жил сам по себе и меня не слушал. А француз решил воплощать свои фантазии или, может, думал, что угадывает мои. Не знаю. Но вот только мне пришлось научиться хрюкать, визжать как поросёнок, кукарекать как курочка, пищать как мышка, цокать как белка, выть как волчица. В общем, все приобретённые в трехлетнем возрасте навыки мне очень пригодились.

После зверей пошли люди, встреченные нами на улице, на пляже.

Он мог сказать мне: «Помнишь маму с дочкой, которые пили шампанское за столиком перед нами, тебе еще её плюшевый купальник понравился, так вот, представь себе, что трусики этого купальника соскочили. Что ты будешь делать?».

* * *

Птичка: Секундочку, «и решила я искать себе француза». Где подробности? Мне, например, интересно узнать, как можно подцепить француза? Так что будь любезна, подружка, с этого места поподробнее, пожалуйста.

Зайка: Чтобы подцепить француза, надо на пляже загорать без лифчика и, услышав французскую речь рядом, очаровательно улыбнуться. Если они еще не решились к тебе подойти, а тебе уже уходить пора и ждать некогда, то можно достать пляжный теннис-маткот, ракетки две, а ты, блин, одна! Затем окинуть взглядом пляж, поискать, с кем бы поиграть, ведь так хочется грудью потрясти, а не только посветить. Тут уж один из французов точно должен подойти. Если притормозили, так как хуи повставали и им теперь неудобно подняться и к тебе подойти, то подходишь сама и начинаешь лепетать что-то на очень плохом французском. Тут, конечно, завязывается разговор, а ты и язык рада бы подтянуть.

* * *

Птичка: Меня заинтересовал момент «мне пришлось хрюкать и мяукать», а он что? И трусики эти? Тебе приходилось исполнять роль девушки без трусов? Где? Дома?

Зайка: Начиналось всё дома, а затем вышло за пределы спальни, конечно.

Вместо секса мне нужно, чтобы на меня просто ложились. Я наполнена глобальным спокойствием и безразличием. Если бы у меня был выбор уметь читать чужие мысли или быть просто очень умным человеком, я бы, не раздумывая, выбрала второе. Людей бесит, когда их полностью знают, а они остаются в неведении. Умными же все восторгаются. Умные всего добиваются, а я так много чего хочу! Хочу освоить программу трёхмерной графики, уметь делать интернет-странички, хочу научиться водить машину и увидеть себя с разными прическами и цветами волос. Хочу много читать, хочу закончить высшее образование, завести хороших друзей, съездить в Испанию. Хочу, наконец, перестать терять свои вещи!

Насчет трусиков, мне приходилось играть разные роли, что вот, мол, я встать не могу с кресла, купальник-то развалился, и я беспомощная такая, ищу, чем прикрыться, а он мне, значит, помогает и в конце всегда пользуется моим безвыходным положением.

Затем игры стали сложнее. Он просил меня находить кафе в городе и назначить ему свидание, но адрес не говорить, а давать ему знаки, намёки, например, только название улицы или фото из окошка. Если он не успевал меня находить за пять-десять минут, я должна была снимать с себя один предмет одежды. Так подсказка за подсказкой, пока он не находил меня и тогда тащил в туалет или на улицу, в переулок, в подъезд. Иногда я его искала, но раздевалась всё равно снова я. Один раз я нашла его в университетской библиотеке, и так как к игре не была готова и надела слишком мало предметов, то в отдел немецкой философии забежала почти голая. С друзьями своими он меня не знакомил, я же так хотела ему нравиться, хотела, чтобы он кончал быстро и особо меня не беспокоил, хотела, чтобы дарил подарки, и даже забыла, что всё началось с книжки и маминого желания устроить мою жизнь.

Как вдруг вся эта весёлая, но ничем не облегчающая мои страдания жизнь закончилась. И вот как это было: мой француз просто исчез. Я пришла в квартиру, которую он снимал, а в ней пусто. Чисто и пусто, и, что самое обидное, даже моих вещей не осталось. Всё, что я успела к нему перетащить, забыть в стиральной машине или получить в подарок, – всё это исчезло.

Я могла многое понять, может, он женат или задолжал за квартиру, может, он шпион иностранной разведки, но зачем трогать мои вещи?!

Перейти на страницу:

Похожие книги