Читаем Дневник страстей полностью

Страшен и зол как всегда!


Наплевать

Мы друг другу безразличны,

Несмотря на наши сердца.

Ведь себе мы все прощаем,

А остальных пускаем в прошлые времена.


Мне плевать на тебя!

А тебе на меня…

Родственная душа из тела ушла!

Но спокойнее стать не смогла.


И в небо бы мне уплыть,

И все в забвение пустить.


Планы

Амбиции во мне горят,

Словно июльское солнце в зените.

И трудностям меня не сломать,

Которые, словно облака в небе парят,

Звезду горящую скрыть пытаясь…

Навесом стальным мои нервы стоят.

Чтобы от грёз моих пылких,

Крылья в начале пути

Не обратились в мой прах.


Мысли

Буря мыслей в голове,

И точно уж не с проста…

Они дарят мне боль,

В забвение пуская лучшие времена.


Я чувствую страх!

А временами любовь…

И кружится голова,

Забывая все вновь.


Я на струнах играл,

Собственных чувств.

Понимая лишь то,

Что я умирал.


Мы все больны

Мы все прошлым нашим больны,

Ведь оно опустошает нас изнутри.

И где-то далёкие солнца лучи,

Сожгут нас с вами дотла!


Врач рецепт не выпишет точно,

Пустоту препаратами заполнить нельзя.

И лишь амнезией личность свою стирая,

Забыв обо всем навсегда.

Жадность

Сколько денег вам надо,

Чтобы совесть вашу купить?

Ведь любовью вас не заманишь,

И счастье ваше лишь плоть!


Слишком много таких в этом мире,

Теней безобразных и грязных.

А света лучи разжигали костры,

Которые с тьмой воевали.


Вспышки

Вспышки прошлого возникают в глазах,

Наполняя их слезами.

Забыться бы навсегда,

И наполнить себя мечтами.


Новогодний настрой

Вера в волшебство исчезла давно,

Да и странно,

Если бы было оно!

Ведь не мало воды утекло с тех пор,

Когда чудеса происходили со мной!


Наш век

Нашего времени дух,

Убил все радости людей.

И билеты нам купил,

На шоу казни принципов зверей.


Нашего времени дух,

Всегда надежду первой разрывает.

А мечты он в землю превращает,

И червей туда пускает.


Нашего времени дух,

Не хочет исправляться.

Ему лишь бы снова баловаться,

И век наш по новой развращать.


За окном

А за окном всё те же дни…

Всё та же серость и отчаяние,

Всё тот же пейзаж,

Который терзал меня ночами.


Любовь давно прошла,

И улыбка, стёртая с лица

Давно образом забытым стала.

Спасибо за такую душу!


Я жду так солнца свет,

Что даст мне силы выжить!

И жду любовь,

Недоступную сердцу моему.


Душа

Что есть для вас любовь?

А так же спокойствие,

И радости мгновенье?

Каждому свое…


Что есть для вас тоска?

По дому…

По родным…

Ведь любовь так велика!


Что есть для вас отчаяние?

Когда между вами города!

А встречу ждёшь ты так же сильно,

Как огненный любви разряд!


Я расскажу вам это кратко,

Цель людей одна…

Семью создать!

И созданным ей быть!


Точка нормы

В рамках каких живут существа?

Страхами мыслят,

И пороки чтят не спеша.


А другие, как психи!

Бегут в некуда.

Без цели и воли… Остались в себе навсегда.


А место своё не стоит искать!

Дабы в капкан себя не загнать!

И мыслить свободно!


Инициатива

Моя уверенность ярко блистала,

Когда молод был и горяч!

И жизнью всех наполняла,

Когда мир мой закрывала!


Сейчас же с появлением опыта,

Уверенность спряталась попросту.

И где мне её откопать?

Ведь надо глубину души узнать!


Настроение

Что творится в мире моем?

Холод и боль одни только в нем.

Место для радости исчезло давно,

Одиночество заняло место мое.


Как мне его искоренить?

Будто оно сильнее меня.

Жизнь – лишь борьба!

А уверенность во мне, что я проигравший.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Александр Степанович Грин , Ваан Сукиасович Терьян , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза
Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе
Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Роберт Рождественский заявил о себе громко, со всей искренностью обращаясь к своим сверстникам, «парням с поднятыми воротниками», таким же, как и он сам, в шестидесятые годы, когда поэзия вырвалась на площади и стадионы. Поэт «всегда выделялся несдвигаемой верностью однажды принятым ценностям», по словам Л. А. Аннинского. Для поэта Рождественского не существовало преград, он всегда осваивал целую Вселенную, со всей планетой был на «ты», оставаясь при этом мастером, которому помимо словесного точного удара было свойственно органичное стиховое дыхание. В сердцах людей память о Р. Рождественском навсегда будет связана с его пронзительными по чистоте и высоте чувства стихами о любви, но были и «Реквием», и лирика, и пронзительные последние стихи, и, конечно, песни – они звучали по радио, их пела вся страна, они становились лейтмотивом наших любимых картин. В книге наиболее полно представлены стихотворения, песни, поэмы любимого многими поэта.

Роберт Иванович Рождественский , Роберт Рождественский

Поэзия / Лирика / Песенная поэзия / Стихи и поэзия