Вот сейчас лежу на кровати и пишу тебе, Папуля. Вот... А еще грустно до сих пор... Но это пройдет. А еще сегодня же неделя каникул началась. Формально она у нас с пятницы, но с пятницы ты сам знаешь, что у нас было. А сейчас они начались! И еще новости слушала сегодня по радио. Какая-то странность произошла. Помнишь Стена Кайхера? Этого безумного метеоролога? Ты еще в гости меня водил к нему, он всякие колбочки нам демонстрировал тогда. Я ничерта не поняла. Но ведь... дело то не в нем... и в нем одновременно... В эти дни тумана. Его дом был почти полностью разрушен. По радио говорят, что это может быть ураган или что-то там еще. А ты ведь знаешь, что дома защищены у нас о-го-го! А его был просто сметен с улицы. Представляешь. Улица и один единственный дом по щепкам разнесло. А тело никто и не нашел. Говорят, что тело могли какие-нибудь твари разорвать. Но что-то слабо в это верится. Что-то тут не так. Да и жалко его.
Вот лежу и смотрю я на этот зонт. Откуда он? Кто его в магазине оставил? Хоть и было сказано, что его забыли, но мне так не кажется. Может специально оставили? Тогда зачем? Ох, нет сил больше, чтоб вопросы себе задавать. Высосал он из меня сегодня все соки. Устала очень. Завтра, наверное, не буду практиковаться. Нужны силы, чтобы сходить еще посмотреть на этот домишко, может что-нибудь найду там... Кто же теперь погоду будет делать? А, Папуля?!
Пусть твой корабль будет под защитой... И тресни Филиппа, давно я ему приветов не передавала!
Дневник Генри Коуэлла. Запись четырнадцатая.
Вот я и дома. Да я уже несколько часов дома. Это незабываемое чувство. Это, словно найти потерянную землю. Это возвращение в собственный дом... Вы, мои невидимые, наверняка догадываетесь, о чем я? Да, да! Я дома! Теперь у меня есть душ и полноценная кровать! А это очень важно, как для тела, так и для сна. И знаете что? Вот самое удивительное из всего этого. Когда я пришел домой - никого внутри не оказалось! Мои родители все время, что туман был в городе, пробыли у бабули и дедули. Они Лисси там развлекали. Это они так мне сказали. Я-то убежден, что опять тешили свое эгоистичное начало... Я приехал, сходил в душ и пообедал, а они приезжают и заявляют, - "А ты поправился, выглядишь более здоровым!". Да меня чуть гусеница семиметровая не сожрала! Как объяснить это? Поулыбался и ушел в комнату.
Кстати. Алисия как-то изменилась. Я сегодня не слышал от нее привычной грубости. Может она так сильно устала? Просто и не представляю с чем это связано. А еще стояла и ныла в рубашку Николасу Кранчу. Я вот бы раньше и не представил, что она на такое способна. Одно дело кричать на тебя и дуться, а потом еще и отдубасить, а другое - плакать... Ну, совсем как настоящая девчонка! Хотя, она и так настоящая. Просто характер такой.
Несмотря на то, что отец приехал радостным. Когда я застал его в кабинете, то он выглядел не то чтобы не радостным, а даже расстроенным. Я еще не спросил его, а он уже начал. Мне показалось сначала, что он наигранно это. Но, вскоре я понял, что нет. Таким грустным голосом он сообщил, что его хорошего друга похитили. Потом добавил, что ему следовало быть осторожным. И уткнулся в бумаги. Я и не понял, что именно произошло...
Остальную часть дня я пролежал в кровати. Рядом был Стаффи - мой помощник фотоаппарат. Давно я с ним не болтал, а тут начал. Он и так все знает. Но все же лежал, смотрел в потолок и болтал, болтал. Каждые пять минут благодарил его за спасение. А потом опять болтал и так свободно себя почувствовал. Мама открыла дверь и посмотрела на меня как на идиота. А потом сделала привычное выражение лица и позвала на ужин. Любят они пошутить надо мной.
Да... Дорогой и невидимый, я только и смею надеяться, что Алисия изменится и перестанет искать приключения. Но, к моему несчастью, факты с моими мечтами не всегда совпадают. Я уверен, что завтра она найдет, чем заняться. Придется беречь ее... Я сегодня над этим серьезно подумал. И решил, что не буду переживать по этому поводу. Ведь, если это происходит, значит нужно для чего-то. Вот так.
Алисия Гровс. Дневник. Запись четырнадцатая.
Паршивый день! Начнем с того, что у меня дома разгуливает какая-то тварь! Ты представляешь, Отец, я купила фруктов, а они оказались почти все съедены, а остальные надкусаны. Эта мерзость не захотела съесть лимоны! Заботишься тут о здоровом питании, а кто-то в твоем собственном доме все съедает! Прелестно! Я еще удивляюсь, как эта ... я даже не знаю, как назвать, все время терпела? Могла же меня сожрать, пока я сплю! Я зла! Я очень зла!