Мы вышли из дома. Я не стала медлить и сразу заявила, что не стоило брать с собой ничего. Он сначала молчал, как бы раздумывая, стоит ли мне отвечать или не стоит, а потом проговорил так тихо:
- В рюкзаке бутерброды и будильник. Вот и все.
- Ну, на кой черт тебе будильник?!
Я хоть и была в приподнятом настроении духа, все равно решила третировать Генри.
- Откуда я знаю. Мама положила.
Загадка на загадке.
- Может, ты все-таки знаешь! Зачем нам там будильник!
- Я не знаю, где это там. И куда это мы идем. Если бы знал, то придумал бы, может и пригодился бы. Мне кажется, что она так подшутила надо мной. Она сказала быть дома к семи... И думаю, будильник прозвенит в семь. Вот и весь мамочкин секрет.
Я не нашлась, что ответь на его вопрос. Лишь хмыкнула и больше не разговаривала. Меня больше интересовали тайны закрытого сектора. Что же там может таиться. И найду ли я что-нибудь... касающееся моей мамочки?
Мы обошли три дома. Заглянули в каждый подъезд. Старались аккуратно пробираться по хрупким деревянным лестницам. Будь мы потолще, доски наверняка бы сломались под нашим весом. Двери многих комнат были заперты. А другие открыты настежь. Но все прогнили насквозь. Не составляло труда их выбить. Мне даже не приходилось просить Генри о помощи. Они и так разлетались в щепки. Очень старые... Древние, можно сказать. Сколько они тут. Наверное, людей то уже позабыли.
После обеда мы остановились в холе одного старинного магазинчика. Конечно, ничего из товаров уже не осталось. Все, что было сгнило. Но, к удивлению, кожаные диванчики были целыми и я, вспомнив про еду в рюкзачке Генри, сказала ему, что пора бы сделать привал. Кажется, он даже улыбнулся. Но мне так только кажется. Или он тоже старается не выдавать мне своих эмоций. Ух, покажу я ему! В следующий раз будем до вечера голодными ходить!
Генри распаковал бутерброды, и мы перекусили. А я еще удивлялась, откуда в этом магазинчике такие удивительные кресла. Из кожи. Она же целая и невредимая. А тут, может, сотни лет прошли, как никого не было. Влага и время должны были сделать свое дело. Удивительно! Может, они из кожи какого-нибудь зверя сделаны?
Никто не ожидал. Но пренеприятная встреча с мерзким голуболицым копом повторилась. Сначала, я думала, что к нам в гости заглянул покойник. Но это оказалось не так. Это был тот самый полицейский, который уже один раз отобрал у меня зонт. Мы отдыхали на креслах, а он с двумя напарниками в черных плащах вошли внутрь, увидел нас и так криво улыбнулся:
- Я не надеялся здесь вас увидеть. Но, смотрю, каникулы плохо влияют на детей. Куда же смотрят ваши родители... - он задумался на секунду. - Да какого черта вы тут делаете! Разве вам не говорили, что тут до чертиков опасно! Вас точно вышвырнут из школы!
Я поглядела на Генри. Не знаю, что со мной случилось, но страха не стало. Генри понял меня и даже нагло улыбнулся. Хотя, я не ожидала от него такой дерзости. Внешне, он больше похож на пай мальчика. И тут цепочка неожиданностей продолжила свой монотонный монолог. Улица, до этого хорошо видимая, покрылась непроницаемым туманом.
- Насколько мне известно, никаких туманов сегодня быть не должно. Я смотрел сводки! - Удивился Генри.
- Спокойно, Генри. Я думаю, что вам следовало бы представиться, прежде чем пугать нас?
Даже несмотря на туман, я чувствовала, что не дам слабину. Туман, даже придал мне сил. Теперь мы все в одной связке - одной ловушке на всех.
- Капитан Райгард, - у него на шее вены от злости вздулись. - Я приложу все усилия, чтобы вы были отчислены с позором, Алисия.
- Спасибо, вы уже постарались один раз. Думаю, во второй раз у вас обязательно получится. Пойдем Генри, пусть они тут пережидают. А мы поднимемся наверх. Не беспокойтесь, мы не сможем от вас сбежать. Только сумасшедший будет бежать в туман.
Мы пошли на лестницу, а я чувствовала, как сверкают его глаза.
- Постойте, мне нужно задать пару вопросов.
Я подтолкнула Генри и шепнула, чтобы он как можно быстрее поднимался наверх. Когда мы поднялись на второй этаж, то внизу послышался топот Капитана Райгарда - синелицый придурок гнался за нами. Я уже предвкушала, как обрушится часть лестницы и погребет его под собой. Но он успел подняться раньше, чем это произошло. Я хоть и улыбалась, но внутри у меня улыбка была наоборот. Я чувствовала жуткое разочарование.
- Вы знали, да?! Хотели убить меня?
Я чувствовала к нему неприязнь. Два напарника остались внизу и спрашивали Капитана, все ли с ним в порядке. Меня выводила из себя чрезмерная серьезность синелицего, которой, как мне казалось, здесь нет места.
- Мы уходим. Если хотите, то оставайтесь здесь.
В очередной раз за моей спиной раздалось тяжелое дыхание.
- Стойте, я с вами еще не закончил!
Я не обратила на эти слова внимания и дала знак Генри, чтобы и он оставался равнодушным. Папочка, конечно, может это выглядит противозаконно. Но этот человек, как мне кажется, заслуживает такого отношения. Он же изначально посчитал нас преступниками, вот пусть и расплачивается за свое не вполне верное мнение!