– Ирочка уехала на месяц отдыхать на Кипр. Её пригласила соседка по дому в Староконюшенном, где у Ирочки квартира, которую она сдаёт каким-то иностранцам. У Ирочки тоже есть дача в Испании, так что в следующий раз она пригласит эту свою подругу в Испанию отдохнуть на её даче. Летом её практически не бывает.
– И она оставляет вас одну на такое продолжительное время? – со всё большим беспокойством стала расспрашивать я Гусеву.
– Ох, сначала она, после того как я подписала с ней договор, вроде бы и заботилась, покупала продукты, и очень хорошие продукты. Но последнее время она меня вообще не замечает. Наверное, она не думала, что я так долго проживу. Но я же в этом не виновата! А недавно вообще устроила мне страшный скандал. Дело в том, что один мой родственник оставил мне в наследство свою квартиру, а я недавно оформила её в наследство своему племяннику. Ирочка узнала об этом, подняла крик: «Ты что это квартиры всем раздариваешь?» Я ей говорю: «Ирочка, побойся Бога, вся эта квартира на Арбате после меня тебе достанется. Неужели тебе этого мало?» Тут она как раскричится на меня: «Эта квартира уже и так моя! Моя! Захочу – не будет вас здесь!» Я ей сказала: «Ирочка, я не буду с вами на эту тему говорить» – и ушла. А теперь она, видимо, решила меня измором взять. Сама не помогает и родственникам запретила. Я вроде бы нашла себе женщину, она мне убирала, готовила кушать, продукты покупала, я ей платила, пенсия у меня хорошая. Но перед праздником эта женщина уехала к себе в Молдавию и заодно прихватила с собой все мои сбережения, всё, что я на похороны себе собрала. Я ведь ничего не запираю, всё нараспашку. Но мне Бог помогает. Вот теперь вы позвонили… Но вы, пожалуйста, ничего Ирочке не говорите о том, что я вам жаловалась на неё. Она ведь очень злопамятная, а мне с ней жить. Вы мне, пожалуйста, звоните почаще, не забывайте меня, одной так тоскливо сидеть в четырёх стенах!
– А я-то думала, у вас всё хорошо, – растерянно сказала я. – Но раз такое дело, я буду вам звонить и помогать. Может, и Ирочкина совесть тогда проснётся?
12 мая 2014 года, понедельник.
В газете «Метро» прочитала небольшую заметку о том, что после майских праздников Государственная Дума собирается рассмотреть закон о запрете продажи алкоголя в магазинах, расположенных на первых этажах жилых домов, и ряд других антиалкогольных законов.
Я сразу догадалась, что, вероятно, та самая женщина, которая на встрече с главой управы Арбат Дерюгиным пытала его насчёт ночной продажи алкоголя в их доме, вышла на депутата Гончара, который уже много лет «окормляет» Центральный округ. Соответственно, он, наверное, и выступил с такой законодательной инициативой.
Я прикинула, что после майских праздников законопроект будет рассматриваться в первом чтении, а ко второму чтению, когда вносятся основные поправки, я смогу обратиться к тому же Гончару, чтобы он дополнил магазины ещё и ресторанами, расположенными в жилых домах. Потом подумала, что ещё лучше, если с таким предложением я обращусь и к Жириновскому, и даже набросала письмо на его имя, но вовремя вспомнила, что к такому известному политику, как Жириновский, письма приходят мешками, и он их никогда не читает. Где гарантия, что какой-нибудь неграмотный помощник не засунет моё письмо в урну для мусора? Решила немного подумать, выждать время.
И действительно, вскоре решение появилось. В той же газете «Метро» обнаружила информацию ещё об одном депутате Госдумы по фамилии Литвинцев, который выступил с законодательной инициативой об ограничении звуковой рекламы в мегаполисах. Депутат малоизвестный, наверняка моё письмо попадёт прямо ему в руки, и если он обратит на него внимание, то вполне может дать дополнение в уже внесённый антиалкогольный закон при втором чтении.
Можно, конечно, для страховки написать и Жириновскому, и Гончару. Можно вообще обратиться ко всем председателям депутатских фракций. Но вопрос не тянет на глобальность. Хотя вот, например, мэр Нью-Йорка вывел из города все ночные клубы, и жители трижды избирали его мэром. Избрали бы и в четвёртый раз, но по их законам можно только три раза избираться мэром.
13 мая 2014 года, вторник.
Решила утром сходить за бесплатными местными газетами в управу и по дороге встретила главу управы Максима Дерюгина, который, видимо, направлялся на какое-то совещание. Я его не сразу заметила, он тоже мельком взглянул на меня, и из выражения лица я поняла, что моё лицо ему уже знакомо, хотя я ни разу с ним не общалась. Возможно, он узнал меня по фотографии на удостоверении советника, которое он подписывал.