Принимая душ, Бернет, сквозь струи воды, различил призрачные лица, пристально смотрящие на него. Они что, разглядывали его пах? Улыбались? Одно из лиц выглядело в точности, как лицо Гарри Трумэна. Бернет вздрогнул, быстро домылся и выскочил из душа. Потом вздрогнул снова, когда увидел надпись, выведенную чьим-то пальцем на запотевшей поверхности зеркала:
ПРИСОЕДИНЯЙСЯ К НАМ КРОШКА-МОРКОШКА.
Когда он вышел из ванной, просто до тошноты омерзительный упырь, Ричард Никсон, рылся в его бельевом шкафу.
- Оставьте меня в покое!
Никсон вприпрыжку выбежал из комнаты, обдав Бернета смрадом свежевырытых могил. Все нижнее белье в шкафу было измазано грязью.
Слуга-японец появился снова, толкая впереди себя тележку с завтраком.
- Если сейчас увижу там хоть один надкусанный тост, твоя узкая жопа завтра же будет в Нагасаки, - предупредил его Бернет.
Но, паренек уже пятился к двери и, развернувшись, пулей выскочил из комнаты.
Бернет поднял крышку. Лицо тут же съежилось от пахнувшего из-под нее аромата. Куча экскрементов на блюде выглядела такой свежей, что, казалось, фактически дышала.
Бернет отшвырнул крышку, и она с лязгом врезалась в стену. Потом упал на колени и, сжав кулаки закричал:
- Ну, хорошо! Хорошо! Я сделаю это!
Слова эхом заметались по величественным залам Белого Дома, как отголоски орудийной канонады.
* * *
Кэнтон сидел, водрузив волосатые лапы на Президентский стол, и как сумасшедший пыхтел сигарами, прикуривая их одну от другой.
- Мы знали, что ты согласишься. Любой со степенью Гарварда или Йеля не может быть настолько тупым.
Бернет расположился в кресле напротив, почти задыхаясь от окутавшего его сигарного дыма.
- И ты, правда, перестанешь срать здесь по всем углам?
- Обещаю. Эй, мы же теперь - одна команда.
Бернет потер ладонями щеки и пробормотал.
- Просто не могу поверить, что собираюсь продать душу Дьяволу за каких-то восемь лет в Президентском кресле.
Длинные волосатые уши Кантона, развернулись в его сторону.
- Ну, возможно, не за восемь, а всего за четыре.
Бернет впился в него взглядом.
- Ты отсидел здесь два срока, сволочь! Я тоже хочу столько же. Хрена с два я отдам это
Кэнтон пожал одним плечом.
- Четыре года, восемь лет, да какая разница? Ты все равно войдешь в историю, как самый успешный Президент Соединенных Штатов Америки.
- Ты что-то
- Просто не думай об этом, - увильнул от прямого ответа Кэнтон. - Пусть только четыре года… но, это будут лучшие четыре года в твоей жизни. Выше нос, Джоши, живи настоящим. Да, и как ты еще протолкнешь в Сенат свой законопроект по налогам…
- Мне ведь надо еще выбрать, кем стать… ну, после того, как меня подвинут с
- О, ты про свое вечное проклятие? Конечно. “Оборотень”, “вампир”, “упырь”, “зомби”, “субкарнация” - можешь выбрать любое. Ты даже можешь стать “какадемоном”. Ну, это демон, который жрет говно Сатаны.
- Я не собираюсь жрать говно Сатаны! - взвизгнул Бернет.
- Шучу, шучу. Как насчет “инкуба”? - Кэнтон подмигнул ему. - Девочки просто штабелями будут ложиться. Выбери то обличье, в котором будешь чувствовать себя лучше всего. Но, не прямо сейчас. Проклятие выбирают в свой последний день на посту Президента. Так что, пока не забивай себе этим голову. Просто подготовься к тому, что все твои мечты осуществятся. Ты - самый могущественный человек на этой планете. Будет круче, чем на “американских горках”, чувак.
На лице Бернета отразилось удивление, когда Кэнтон поднялся с кресла и направился к выходу.
- Что, и все? Разве я не должен… ну, расписаться где-нибудь собственной кровью?
Кэнтон улыбнулся, показав черно-розовые волчьи десна.
- Ты уже расписался, Джош. В своем сердце. Та-дам!
Кэнтон, вышел из комнаты, оставив Бернета в недоумении смотреть ему вслед.
* * *
Уже на следующий день Палата представителей и Сенат единогласно приняли его законопроект по снижению налогов. Бернет был провозглашен
ЧЕТЫРЕ ГОДА СПУСТЯ
- Эй, тупоголовый, захлопни дверь с той стороны, - приказал Президент мужчине из Секретной Cлужбы.
Дверь, щелкнув, закрылась, и Президент окинул взглядом грандиозный Овальный Kабинет
Он погладил бороду, любуясь своим отражением в полированной столешнице.