Из рассказа Прохора выяснилось, что в город сейчас просто так не попасть. Туда-то и в обычный день, по его словам,, проехать было сложно: пока очередь обозников отстоишь, потом пока товар весь покажешь, пока его запишут, пока пересчитают… а теперь, когда наемник шуму на дороге наделал, это вообще, наверняка, стало практически невозможным, но все же Прохор обещался с этим помочь.
– Там. Усе. Объяснять! – загадочно ухмыльнулся он, выкатывая телегу на лесную дорогу. – Нам такие люди нужны будут, солдат ты хороший, сам видел, так что, делу твоему мы поможем, а ты поможешь нашему…
До соседней деревни было не слишком далеко, но старая кляча еле ползла, и потому добрались они до места назначения лишь к вечеру. Ко всему, наемнику еще приходилось несколько раз спрыгивать с телеги и прятаться в придорожных кустах, когда в лесу раздавался рев двигателей. Из короткого рассказа «проводника», пока они катили по раскисшей дороге, Домовой понял некоторые местные нюансы. Заправлял всем здесь некий Орден – аналог наемнической гильдии в регионе, откуда приехал Сашка. Только в отличие от наемников того же Мончегорска или Столицы, Орден работал немного иначе.
– Так вот, – продолжал Прохор, изредка потряхивая вожжами. – Когда Орден ентот сюдысь пришел, совсем житья не стало. Сперва-то нормально все было. Бандюков окрестных повывели, мертвяков поубавили, но рано мы радовались! Ироды эти все деревни налогом обложили, оружие отобрали. Вот ты думаешь, кукуруза на моем поле моя? Не-е-ет! Фигушки! Ордынская! – дед сплюнул. – Как сажать, растить и защищать ее, так она моя, а как початки потрошить потом, брюхо набивая, так она, видите ли, Ордену принадлежит… Да со многим тут так… Если кто чем-то занимается, обязан оброк в казну уплачивать…
– Ну, дед, сами ж допустили, согласись? – укоризненно пробурчал Домовой, прикрыв глаза от усталости.
– Ага! Сами! Как же! Мы Орден сюда не звали! – старик эмоционально сплюнул, замешкался. – Думаешь, просто так земли-то отдали? – продолжил он уже более тихим и злым голосом, по которому наемнику сразу стало ясно, что за дело его ждет… – Сперва словами отпор давали, потом силой, но когда Орден отродий этих чертовых нагнал, то совсем кисло стало.
– Каких отродий?
– Да нечисть… Кабы не монстры эти, так может и не вышло бы ничего! Слишком уж Заозерск их далече, чтобы сюда свои лапы протянуть…
– Не понял, дед, что за нечисть? Ты о чем?
– Да тот старик, про которого ты спрашивал… Ученый хренов! Привез тварей… Вроде люди, а вроде и нет. Души в них нет! Точно-то никто и не знает, что за уродцы такие, но что лютые, это да. Один – десятерых стоит! Чего там доктор этот солдатикам своим колет, никто и ведать не ведает.
– А подробнее? – Сашка поднялся на локтях.
– Слушай, солдатик! Я – человек маленький. Ты меня не грузи вопросами своими, хорошо? Сам я их видать не видывал, но слухи разные ходют! Не едят, говорят, не спят, боли не боятся… Ты их рубишь, рубишь, а они все идут и идут. Вот за счет силы ентой нечистой Епископ и взял земли наши… Люди еще пропадать стали давече. Крепкие, сильные мужики ни с того, ни с сего в лесу исчезают на заготовке или на покосе… бабы тоже, и не абы какие, а самые красивые. Девок и жен теперь мужики по домам заперли, так бывало и прямо ночью из деревни красть начали, а еще, говорят, что целыми деревнями стали люди пропадать, что ближе к топям… Так что, доктор твой очень плохой человек, и я тебе не советую с ним связываться… Но мое дело маленькое – поле стеречь, да за кукурузой ухаживать, тебе решать.
– Нету у меня, отец, варианта другого. Старик этот… – Сашка сделал паузу, за которую успел обдумать дальнейшую модель своего поведения. – …дочурку мою украл…
– Етишкины кошки! – снял дед шляпу. – Сочувствую… ну, тогда понимаю…
Повисла тяжелая тишина, лишь скрип колес, стук копыт да похрапывание кобылы нарушали ее. Прохор тихонечко вздохнул. За годы службы в особом отделе он научился в людях разбираться, не хуже давешнего Змия людей рентгеном глаз своих просвечивал. То, что перед ним настоящий боец, в которых их небольшое воинство ополченцев так сильно нуждалось, в глаза бросалось очень сильно. Одно то, как мужик этот лихо разобрался с ударной группой на дороге, характеризовало его как сильного воина. Держался здоровяк тоже на уровне. На провокации не поддавался и на простоту не покупался. Смотрел и слушал с недоверием, да и сам нет-нет, да спросит что-то вроде простое, а подумай, так и ниточку раскрутить можно такую, по которой чуть ли не весь местный расклад дел выведать можно. Что ж, не зря он решил сбегать тогда на дорогу, посмотреть, что происходит, и здоровяка спасти, а ведь поначалу думал ему в башку выстрелить, да перед Орденом выслужиться, войти в доверие, но, старик улыбнулся, он сделал правильную ставку, и, как говорится, она сыграла.