Читаем Донос без срока давности полностью

ОТВЕТ. Да, был. Шофером Шпекторова я был недолго – один месяц в середине 1937 года.

ВОПРОС. Следствием Вы достаточно изобличены как антисоветский человек, занимающийся контрреволюционной агитацией и распространением троцкистской литературы. Вы признаете себя в этом виновным?

ОТВЕТ. Виновным в распространении троцкистской литературы и антисоветской деятельности я себя не признаю. Виноват только в том, что на протяжении ряда лет скрывал свое социальное происхождение…

Допросили:

Особоуполномоченный УНКВД по ЧО

младший лейтенант госбезопасности Перский

временно оперуполномоченный при особоуполномоченном

УНКВД сержант госбезопасности Попов».


Из обвинительного заключения по делу КУСКОВА А.И. от 3 июня 1938 года:

«В УГБ УНКВД поступили материалы о том, что шофер гаража УНКВД Кусков А. И. занимается антисоветской деятельностью.

На основании чего Кусков А. И. 16 мая 1938 г. арестован.

Проведенным расследованием по делу установлено, что Кусков является сыном крупного кулака, в 1928 г. раскулаченного. Скрыв свое кулацкое происхождение, в 1934 г. во время призыва пролез в ряды РККА, в 1935 г. – при поступлении в ВЛКСМ и в 1937 г. при поступлении на работу в гараж Управления ж. д. им. Молотова.

Работая шофером, Кусков в 1937 г. занимался антисоветской деятельностью и распространением троцкистской литературы с портретами врагов Гамарника и Тухачевского среди шоферов указанной ж. д..

Допрошенная по сему делу свидетель Фадейкина (Елена Яковлевна, 1915 г. рождения, техник путей, бывший секретарь комитета ВЛКСМ, ныне группорг комс. группы и агитатор) 1/VI-38 г. показала: “…В 1937 г. Кусков производил распространение изъятой троцкистской литературы с портретами врагов народа среди шоферов гаража управления ж. д.”.

В 1937 г. Кусков умышленно пытался сжечь автомашину (свидетельства Федякова, Брязгина).

Используя свое служебное положение заместителя начальника гаража, Кусков среди шоферов умышленно создавал недовольство и честных работников под всякими предлогами увольнял с работы (свидетельство Карпикова).

Кроме того, Кусков имел связь с ныне арестованными и разоблаченными врагами народа Шпекторовым, Ковинским, Луковым, Кировым и др.

Допрошенный по сему делу обвиняемый Кусков виновным себя признал только в том, что скрыл свое социальное происхождение.

На основании изложенного:

Кусков обвиняется в том, что

1) среди шоферов занимался антисоветской деятельностью и распространением изъятой троцкистской литературы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Сибириада

Дикие пчелы
Дикие пчелы

Иван Ульянович Басаргин (1930–1976), замечательный сибирский самобытный писатель, несмотря на недолгую жизнь, успел оставить заметный след в отечественной литературе.Уже его первое крупное произведение – роман «Дикие пчелы» – стало событием в советской литературной среде. Прежде всего потому, что автор обратился не к идеологемам социалистической действительности, а к подлинной истории освоения и заселения Сибирского края первопроходцами. Главными героями романа стали потомки старообрядцев, ушедших в дебри Сихотэ-Алиня в поисках спокойной и счастливой жизни. И когда к ним пришла новая, советская власть со своими жесткими идейными установками, люди воспротивились этому и встали на защиту своей малой родины. Именно из-за правдивого рассказа о трагедии подавления в конце 1930-х годов старообрядческого мятежа роман «Дикие пчелы» так и не был издан при жизни писателя, и увидел свет лишь в 1989 году.

Иван Ульянович Басаргин

Проза / Историческая проза
Корона скифа
Корона скифа

Середина XIX века. Молодой князь Улаф Страленберг, потомок знатного шведского рода, получает от своей тетушки фамильную реликвию — бронзовую пластину с изображением оленя, якобы привезенную прадедом Улафа из сибирской ссылки. Одновременно тетушка отдает племяннику и записки славного предка, из которых Страленберг узнает о ценном кладе — короне скифа, схороненной прадедом в подземельях далекого сибирского города Томска. Улаф решает исполнить волю покойного — найти клад через сто тридцать лет после захоронения. Однако вскоре становится ясно, что не один князь знает о сокровище и добраться до Сибири будет нелегко… Второй роман в книге известного сибирского писателя Бориса Климычева "Прощаль" посвящен Гражданской войне в Сибири. Через ее кровавое горнило проходят судьбы главных героев — сына знаменитого сибирского купца Смирнова и его друга юности, сироты, воспитанного в приюте.

Борис Николаевич Климычев , Климычев Борис

Детективы / Проза / Историческая проза / Боевики

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Георгий Сергеевич Березко , Георгий Сергеевич Берёзко , Наталья Владимировна Нестерова , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Салюки
Салюки

Я не знаю, где кончается придуманный сюжет и начинается жизнь. Вопрос этот для меня мучителен. Никогда не сумею на него ответить, но постоянно ищу ответ. Возможно, то и другое одинаково реально, просто кто-то живет внутри чужих навязанных сюжетов, а кто-то выдумывает свои собственные. Повести "Салюки" и "Теория вероятности" написаны по материалам уголовных дел. Имена персонажей изменены. Их поступки реальны. Их чувства, переживания, подробности личной жизни я, конечно, придумала. Документально-приключенческая повесть "Точка невозврата" представляет собой путевые заметки. Когда я писала трилогию "Источник счастья", мне пришлось погрузиться в таинственный мир исторических фальсификаций. Попытка отличить мифы от реальности обернулась фантастическим путешествием во времени. Все приведенные в ней документы подлинные. Тут я ничего не придумала. Я просто изменила угол зрения на общеизвестные события и факты. В сборник также вошли рассказы, эссе и стихи разных лет. Все они обо мне, о моей жизни. Впрочем, за достоверность не ручаюсь, поскольку не знаю, где кончается придуманный сюжет и начинается жизнь.

Полина Дашкова

Современная русская и зарубежная проза