– Доброе утро, Арджи, – произнесла женщина за прилавком, когда Арджи вошла. Она убавила ревущее радио.
– Доброе, миссис Морган. Я пришла за краской для мамы.
– Она уже упакована и ждет тебя. Я записала на твой счет. – Элис Морган указала подбородком. – Вон там у двери. Галлон бледно-голубой краски и кварта масляно-алкидной краски. Похоже, что вы будете заняты на несколько дней.
Арджи улыбнулась, кивнула и заглянула в упаковку. Она была благодарна, что нашелся по крайней мере один человек, который был не заинтересован тем, что случилось в кафе вчера.
Элис наклонилась вперед и громко прошептала Арджи. – Я также положила тебе новую красную рубашку в коробку. Тебе надо ее надеть, когда пойдешь в кафе в следующий раз. Держу пари, дальнобойщице ты понравишься в красном.
Плечи Арджи поникли. «Хватит наставлений».
Один маршрут Ли начинался в Южной Дакоте. Он вел из Су-Фолс в Рэпид-сити, до Буффало, Вайоминг, а затем в Монтану. Из Биллинс она поехала к Хелену и Миссолу и остановилась в Сиэтле, штат Вашингтон, потом развернулась и поехала назад. Три или четыре дня езды из конца в конец, не считая пробки, строительство, объезды, плохую погоду или необходимость сходить в туалет. Затем пол дня в Сиэтле и Су-Фолс, чтобы разгрузиться и загрузить грузовик. И снова на трассу. Это был изнурительный, бесконечный круг, который Ли проезжала три недели подряд. И так, через неделю.
Она была не тем человеком, которую можно постоянно использовать, но клиенты Ли хорошо ей платили за надежную работу, поэтому она продолжала себя изматывать. Прошло менее двух лет, и она заработала достаточно, чтобы полностью заплатить за грузовик отца, дать временное пособие двум его бывшим женам, у каждой из которых по паре детей от отца и, кроме того, положить кругленькую сумму под сиденье грузовика. Черт, детки такие милые, даже если такими не были бывшие жены, и Ли думала, что они не должны страдать из-за того, что ее отец умер, и его страховки хватило только чтобы похоронить. С самым старшим сводным братом у них была разница в двадцать лет, и ей было грустно, что никто из них по-настоящему не знал отца. Их мамы вышли замуж повторно, и у них не было места для сестры, которую они никогда не знали.
Через несколько лет грузоперевозок, Ли планировала продать грузовик, пока он еще не потерял стоимость. Она хотела получить нормальную жизнь и делать то, что делают нормальные люди. Она надеялась, что в эту жизнь включено больше секса, а геморрой не будет издержкой профессии.
Она уехала из кафе сразу после душа, сказав себе не поддаваться искушению, последний раз посмотрев на красотку, рубящую дрова. Конечно, она была совершенно не в состоянии сдерживать порывы. У Ли не было и комариной силы воли. Но она все же справилась и теперь наслаждалась тихой красотой Монтаны.
– Передатчик 1-9. Красный Петух вызывает Тома… Э-э-э… Ли. – Петух знал, что лучше называть Ли прозвищем Кот Том вне радиоволн… по крайней мере, когда он думал, что есть шанс, что она услышит его. В конце концов, он надеялся когда-нибудь завести детей. – Ты там, Ли? – Он ненавидел нарушать протокол, используя настоящее имя. Но она не оставила ему выбора.
Ли нажала на кнопку передатчика и позволила себе громкую связь, когда проехала медленную вереницу автобусов с детьми. – Привет, Петух. Давай перенесем это на понедельник. – Это был код ее отца. Он использовал его, когда хотел выйти из общего канала и перейти на частный канал. Понедельник был вторым днем недели, поэтому Ли понизила частоту радио на два канала вниз.
– Сделаю, Ли. Увидимся там.
Через несколько секунд голос Петуха снова заполнил кабину. – Ну, что, когда ты снова начнешь слушать радио? Я пытался связаться с тобой со вчерашнего дня. – Ли фыркнула. – Если бы я сидела и слушала твоих парней весь день, я бы была полна дерьма, как и ты.
Петух засмеялся. – Не могу с этим поспорить. Все хорошо? – Он был долгое время другом отца и старался присматривать за Ли. Мужчина налил Ли первую кружку пива. Хорошо, в то время ей было девять лет, и он позволил ей только половину. По его мнению, он был ей практически крестным отцом.
– Все в порядке, Петух. – Глаза Ли наполнились неожиданными слезами, и она их гневно стерла. – Тебе не нужно обо мне беспокоиться.
– Я не сказал, что беспокоюсь, – соврал мужчина. – Я просто спросил, как ты там. Я не видел тебя почти два месяца.
– Я была занята.
– В дороге? Ли, мы все заняты поездками. Но это не объясняет, почему я не вижу тебя.
– Петух, – механически проговорила Ли его имя. – Я была занята. – Она произнесла каждое слово так четко, что он понял, тема в настоящее время закрыта.
Но все же добавил. – Я собираюсь остаться «У Розы» сегодня вечером. – Петух не задал вопрос, но он знал по долгой тишине на том конце радио, что Ли думает об этом.
Ли посмотрела на одометр, затем на часы. – Я буду там, – сказала она, наконец, и выключила связь до того, как он смог что-то сказать.