- Ефим куда мы едем? - спрашивала на заднем плане Саша, - помедленнее, ты нас угробить собрался?
Я угроблю тех, кто пытается уничтожить мою жизнь, которую я так долго и упорно строил. Саша не виновата, она, так же как и я оказалась в этой ситуации поневоле. Она не должна слышать наш разговор с братом и сестрой. Поэтому я резко затормозил, съехав на обочину. Взяв себя в руки, я постарался вернуть самообладание. Я не хочу её напугать, у неё и без меня стрессов хватает.
- Саш пройдись пешочком, мне надо поговорить кое с кем, - повернувшись к ней, я улыбнулся.
- Ты едешь к Егору? Значит я еду тоже.
- Сашуль не нагнетай обстановку, я еду к Аделине. Хочу спросить у неё, почему так поступила, - в сказанном была доля правды, так что я почти не соврал.
- Ефим, - моё имя, произнесённое её голосом, всегда заставляло внутри что-то ломаться, - не навреди себе ещё больше. Я волнуюсь только за тебя.
- Да?
- Да. Мне плевать на Аделину и Егора, пусть подавятся своим ядом, ты мне важен. - Рука девушки, которая мне нравилась, легла на моё лицо.
Я отстранился. А потом плюнул на всё, взял её подбородок в руку и притянул к себе. Девушка вздрогнула, но послушно подалась вперёд.
- Если ты станешь целовать меня только назло Егору, лучше остановись, - прошептала Саша, пронзая меня разноцветными глазами. - Этого я простить не смогу.
- Назло Егору? Думаешь, я подлый? - и снова отстранился. - Выходи.
- Поговори с сестрой, а потом возвращайся ко мне, - с затаенной нежностью попросила меня Саша, отстегивая ремень безопасности, - дай запасные ключи от съёмной квартиры.
- Для чего?
- Чтобы ты спросил. Давай!
Я отстегнул один из комплекта ключей и передал Саше. Она выглядела такой решительной, смелой, красивой. Чёрт, а я бы поцеловал её, если бы она не остановила меня.
- Буду ждать тебя там, - предупредила девушка, - и без глупостей. Не теряй голову Ефим, говорю тебе, потому как Оберон повёрнут на своей уникальности и славе. Как бы ты не отнекивался, звезда ударила тебе в голову.
- Ты совершенно не умеешь подбадривать, - ехидно заметил я.
- Поговорим об этом потом, - вышла из автомобиля она, и назло мне хлопнула дверью.
А ведь всё так красиво начиналось. Вечно я всё порчу.
Подождав пока Саша перейдёт дорогу и сядет в правильный автобус, только тогда я поехал по своим делам. С брата мне спрашивать нечего, он всё сказал, когда вылил ушат дерьма в прессу, благодаря его последней капле, я осознал окончательно, что мы никогда братьями-то и не были. Надежда теплилась, но один я всё равно ничего бы не смог сделать. Над отношениями, какими бы они не были романтические, дружеские или братские нужно работать. Егор работать не захотел, и это его выбор. Насильно мил не будешь, поэтому я отпускаю брата с его гадостными мыслями и планами на суд божий, сам же собираюсь расспросить обо всём сестру. Если от Егора получить нож в спину в порядке вещей, то с Аделиной дела обстоять иначе. Я и представить себе не мог, что когда-нибудь окажусь в подобной ситуации. Что родная сестра, с которой у меня всегда были теплые и доверительные отношения могла так гнусно предать.
Новость о якобы моём плохом поступке по отношению к брату, продолжала оставаться в топе, и как назло западные СМИ подхватили ажиотаж. Пока я ехал до дома отца, куда вернулась Аделина (теперь я понимаю почему), мне пришло несколько сообщений от менеджера и ребят из группы. Всем было интересно, правду ли пишут. Естественно когда я спрашивал их, о том, как хорошо они меня знают, парни сразу извинялись за глупые неуместные вопросы. Морган же звонил по другому поводу. Сразу после разговора с Егором в баре, я созвонился с ним, и предупредил о возможных нападках и внезапных шокирующих новостях в прессе. Рич убеждал меня, что брат не поступит так с братом, как плохо бы всё между ними не было, когда как я не соглашался.
- Твой брат отойдёт Фим, он просто ревнует. Но и ты не плошай, не давай ему поводов, - попросил меня Ричард, когда я сидел в баре.
- Рич, о каких поводах может идти речь? Если Егор захочет меня обвинить в чём-либо, он сделает это, не смотря ни на что, - пытался вдолбить ему я, зная своего братца куда лучше, чем Морган.
- Ты слишком суров друг, - не слушали меня, - попробуй подружиться со своим братом, уверен, если вы поговорите по душам, сможете прийти к общему выгодному решению.
- Не стану я с ним разговаривать. Пойми меня Рич, он не услышит, как бы громко я не кричал ему о желании зарыть топор войны, который я, кстати, так до сих пор и не понял, с чего началась. Спросил Егора, а он как обычно ушёл от прямого ответа, будто я сам обязан понять, - вспыхнул я, пытаясь доказать истину менеджеру.
- А ты покопайся в мозгах, может, выудишь что-нибудь полезное.
- Полезнее для меня сейчас будет, если ты Рич предпримешь всё, чтобы при плохом исходе никакие новости не проникли в американские СМИ.