Тем вечером мы с Чарли совершали свою обычную вечернюю прогулку в городском парке, выбирая дорожки побезлюднее и потише. Потом присели на скамейку в тенистом уютном уголке. Молодой человек рассказывал мне про свою учебу, делился планами и скромными мечтами на наше совместное будущее. Мне было приятно и весело. Прекрасный мир рухнул в тот момент, когда за спиной из густой тени деревьев раздался голос того, кто умело разрушал мою жизнь:
- Милая сестренка, и когда же ты собиралась познакомить меня со своим парнем? - Тирон вышел на свет, и я буквально застыла на месте, не в силах шевельнуться, словно призрак увидела. - Так-то ты проводишь свои занятия и познаешь силу?
Он был спокоен внешне и даже ироничен, но, как всегда, в его глазах цвета стали бушевал адский огонь, готовящийся вырваться наружу.
Чарли вскочил на ноги.
- Что Вы... - не успел закончить он.
Дальнейшие события произошли мгновенно, хотя и запомнились в мельчайших подробностях, как будто я видела их в замедленной съемке. Резкое движение. Тирон, хватающий Чарли за горло и прижимающий к дереву. Мужчина задыхается и теряет сознание, я изо всех сил цепляюсь за руки брата, пытаясь разжать их, а он рычит мне в ухо:
- Я оставил тебя, понадеявшись на твой здравый смысл. Уверенный, что ты выполнишь то, что я от тебя жду. А застаю тебя живущей в свое удовольствие, гуляющей за ручку с каким-то сопляком, веселящейся на танцах. Знай, что я собираюсь убить его, а следом и эту чертову ведьму за то, что она сделала и чего не сделала сразу же, как только разберусь с тобой!
Я не очень-то хорошо поняла, что произошло в дальнейшем, помню только, как от страха и безумного гнева, во мне вдруг вспыхнуло непреодолимое желание сделать этому чудовищу очень больно, так больно, чтобы он почувствовал это каждой клеточкой своей отвратительной сущности. Хлынувшая в меня неожиданно его сила практически ослепила, вызывая тошноту и жуткую головную боль, но я справилась, сдержала ее, давя на него еще сильнее. Хватка у горла Чарли разжалась, он без чувств упал на землю, а Тирон захрипел, широко распахнув глаза от удивления. Я продолжала всеми силами вытягивать из него жизнь, из носа от немыслимого напряжения ручьем лилась кровь. Собрав остатки сил, он залепил мне хлесткую пощечину, и я на мгновение утратила концентрацию. Отцепив мои руки от себя, он и меня швырнул на землю, а сам прислонился к дереву, тяжело дыша и с трудом удерживаясь на ногах. Я лежала, не шевелясь, немигающим взглядом глядя в закатившиеся глаза Чарли, и с удивившим меня спокойствием осознавая, что жизнь вновь опускает меня на самое дно, в очередной раз разбив все надежды и мечты. А в уши настойчиво врывался холодный и уже ровный голос:
- Пожалуй, ведьму убивать пока не стоит. Все-таки она научила тебя чему-то. Может и пригодится еще, а остальную чепуху выбить из тебя будет не сложно. Поднимайся, пока я не передумал и не свернул шею твоему ухажеру. Сейчас мы быстро возвращаемся в дом к ведьме. Ты собираешь вещи, и мы уезжаем. Советую вспомнить все правила, которым я учил тебя, и забыть то, чем забила тебе мозги эта старая дура. Если ты выполняешь все в точности, она будет жить. Если начнешь чудить, я разозлюсь, сама знаешь, чем это обернется. И поторопись, - он пнул меня носком ботинка. - Отдохнула уже. Ты все поняла?
С трудом поднявшись на дрожащие ноги, не в силах разговаривать и просто поднять на него глаза от нахлынувшего и пытающегося раздавить меня горя, я просто кивнула. Противиться я не пыталась, понимая, что он с легкостью сломит любое мое сопротивление и боясь подставить под удар дорогих мне людей.
Дома я быстро переоделась, чувствуя, как постепенно начинаю трястись от пережитого полчаса назад. Странно, но слез не было. Они как будто замерзли где-то в глубине меня, от чего я тряслась еще сильнее. Я даже не подумала брать с собой свои шикарные наряды, туфли и шляпки, красивое белье и всяческие аксессуары, купленные для меня Моник. В моей новой старой жизни они совершенно непригодны. Я побросала в сумку только самое практичное и удобное. Потом кривым от дрожи в руках почерком набросала быструю записку для доброй ведьмы, благодаря ее за все, что она для меня сделала.
Сама Моник сейчас находилась на очередной вечеринке художников-модернистов, и даже попрощаться с ней лично не довелось. Видно, судьба у меня такая - не прощаться ни с кем. Еще час, и мы опять на вокзале, в ожидании поезда, как мне сообщили, на Чикаго, а оттуда в Теннесси.
Хотя я не могла быть уверена, что больше не увижу ненавистного брата, все же успела уговорить себя, что он забыл обо мне, и я смогу жить как все нормальные люди. А теперь придется вновь смиряться с судьбой, которая так жестоко била меня, показав прекрасные возможности и грубо отобрав все безжалостной жестокой рукой Тирона.
Глава 04.