Читаем Dragon Age: Плохая Концовка полностью

Итак, Эллувианы, вернее, сеть Эллувианов, представляла собой что-то вроде отдельного измерения, на стыке Тени и реального мира. Пока Завесы не существовало, ходить «тропами духов» умели многие, разумеется, с кучей нюансов и не так, чтобы сильно далеко. Но умели. Для увеличения дальности, общего удобства и обеспечения возможности перемещения больших групп неодарённых сородичей не на своём горбу, маги древности как бы «выжгли»… «проплавили»… «протоптали», короче, создали своего рода дороги по той самой «изнанке пространства», по которой я перемещаюсь демонической магией. Только если мой талант работал «ближе к Тени», то у магов из материального мира он шёл «с другого конца» и как бы «прилегал» к реальности. «Якорями» для таких тропинок выступали специально зачарованные зеркала. Изначально их ставили «в парах» и перейти можно было только от одного зеркала в паре до другого и никак иначе. Это позволяло за считанные минуты преодолевать недели и месяцы пути, но, с точки зрения логистики, было всё-таки не очень удобно. Потому, следующим шагом стало «слияние троп» в том подпространстве, образование своего рода порта. Более всего это напоминало центр своеобразной многомерной паутины, каждая нить которой крепилась в пространстве к материальному якорю-зеркалу. Скорее всего, были и не включённые в «общую сеть» порталы, используемые для конфиденциальной связи и прочих интересных вещей, но это не особо важно. Создание Завесы вызвало мощнейшие искажения, изменения потоков сил и прочие катастрофы везде и всюду, но Паутина, за счёт пребывания «не здесь и не там» отделалась «лёгким испугом». Часть сети, разумеется, повредилась, откололась и, возможно, полностью прекратила своё существование. В часть — проникли демоны и Скверна со всем вытекающим. Но «сердце паутины», во всяком случае, на момент жизни Апеллис, пережила катаклизм и имела десятки, если не сотни «точек выхода». Основная проблема заключалась только в том, что или эти точки сами по себе были заблокированы, или те, кто имел знания по эксплуатации зеркал, не могли до них добраться. Иногда — добирались до «оборванных» якорей, переподключить которые уже не могли. И самое важное, Апеллис примерно помнила, где в Ферелдене располагались действующие зеркала. Ориентиры были довольно условными, ведь за тысячу лет неузнаваемо изменился даже город в котором она жила, сменившись лесной чащобой, лишь очень в малом количестве мест сохранившей замшелые памятники прошлого, однако равнины и горы всё же сложно сдвинуть со своих мест даже за тысячу лет, так что, сильно заморочившись, найти элувианы, а вместе с ними и древние эльфийские поселения способные содержать и иное наследие моего народа, было возможно. Пусть, большинство, наверняка уже разрушено и стёрто с лица земли, но новость всё равно была крайне интересной… Хотя с практической точки зрения не сказать, что прям сильно полезной. Вот будь у меня эльфийское государство в управлении, то да, подобная логистика и памятники истории стали бы крайне полезны, но в рамках небольшого отряда бойцов, я их и «на себе» смогу вывезти, как-никак я посильнее долийских Хранителей с их «Лесными Коридорами» буду.

Что за коридоры? Это как раз то, о чём начал рассказывать тот Хранитель, да и Дух Мудрости, чей жёлудь был посажен в лесу близ моего поместья, смог немного добавить и даже чуть прояснить и углубить информацию долийца. По сути своей, «Лесной Коридор», он же, «Лесная Тропа» был переработанной «Тропой Духов», что использовалась до Завесы. То же смещение на иной слой реальности, тот же переход и выныривание обратно. Только если в оригинальных чарах «войти и выйти» можно было почти где угодно — вопрос твоих личных силы и контроля над этой силой, то вот новое заклинание было слабее, ограничивая передвижение мага только лесным массивом. Ну и «взять с собой» он никого не мог. А ещё, крайне желательно было перемещаться по местам со слабой Завесой — так выходило и легче, и дальше.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Два капитана
Два капитана

В романе «Два капитана» В. Каверин красноречиво свидетельствует о том, что жизнь советских людей насыщена богатейшими событиями, что наше героическое время полно захватывающей романтики.С детских лет Саня Григорьев умел добиваться успеха в любом деле. Он вырос мужественным и храбрым человеком. Мечта разыскать остатки экспедиции капитана Татаринова привела его в ряды летчиков—полярников. Жизнь капитана Григорьева полна героических событий: он летал над Арктикой, сражался против фашистов. Его подстерегали опасности, приходилось терпеть временные поражения, но настойчивый и целеустремленный характер героя помогает ему сдержать данную себе еще в детстве клятву: «Бороться и искать, найти и не сдаваться».

Андрей Фёдорович Ермошин , Вениамин Александрович Каверин , Дмитрий Викторович Евдокимов , Сергей Иванович Зверев

Приключения / Приключения / Боевик / Исторические приключения / Морские приключения