Ещё как сошёлся, только она ему пока об этом не скажет. В любом случае, надо будет дождаться ближайшего «драконьего дня», а там, возможно, она сумеет что-то исправить.
— Не ворчите, — примирительно сказала Айриэ. — Вывести меня из равновесия вам всё равно не удастся, так зачем зря силы терять? Расслабьтесь и отдыхайте, а я пока найду нам что-нибудь поесть. Надеюсь, ваша служанка не опустошила холодильный шкаф перед отъездом?
— Ешьте, я не хочу, спасибо.
— Спрашивать вас буду! Вам тоже необходимо питаться, иначе совсем ноги протянете от слабости.
— Вы меня раньше уморите своей непрошеной заботой, — буркнул он сердито.
Айриэ пожала плечами и направилась к двери. Она решила, что не будет злиться на огрызающегося страдальца — значит, не будет. Но у самой двери её догнало негромкое, серьёзное:
— Спасибо, Нидайра.
— Да не за что, — отмахнулась драконна. Знал бы он, кого благодарит… Узнает ещё.
В кладовке, примыкающей к кухне, имелся магический холодильный шкаф со «стазисным» отделением. В подобных продукты находились в том виде, в котором были туда положены, сохраняя свежесть и аромат. Так что Айриэ обнаружила внутри оставленную заботливой служанкой кастрюлю тушёной картошки с мясом, ещё дымящуюся, соблазнительно пахнущую майораном. Просто и вкусно, а главное, не надо самой возиться с готовкой. Обойдётся болящий без драконьей стряпни.
Айриэ отыскала поднос, водрузила на него тарелки, вилки, стаканы и початую бутылку красного вина. Свежего хлеба не нашлось, но и без него неплохо. Зато отыскался сыр трёх сортов, и драконна, недолго думая, прихватила все три. Принесла всё это в спальню, «укутала» тарелки поддерживающим тепло заклинанием и пошла за Фиором, взяв из шкафа чистую простыню.
Её встретил явно приободрившийся пациент, радостно и чуть недоверчиво сообщивший:
— Нидайра, а знаете, ведь помогло. Не ожидал, признаться… Спасибо вам! Левая рука лучше слушается, и ранки почти перестали чесаться и болеть.
— Ну вот видите, а я что говорила! — бодро откликнулась драконна. — А теперь, Дэрионис, надо поесть, я вам компанию составлю. Только сначала извлечём вас из ванны.
Фирниор поморщился.
— Я сам как-нибудь.
— Перестанете вы наконец спорить по каждому поводу? Я ведь всё равно упрямее! — с досадой воскликнула Айриэ и решительно подступилась к нему. Используя всё то же заклинание левитации, приподняла Фиора и укутала простынёй, заодно помогая ему стоять на ногах. Спохватившись, спросила: — Вас оставить ненадолго вон на том уютном «троне»?
Воспользовавшись моментом, сама посетила соседнюю ванную, а после перетащила Фирниора в спальню и устроила на кровати с правой стороны, подложив под спину подушку и придвинув поднос ближе к краю прикроватного столика. Дальше сам справится, кормить его с ложечки Айриэ не собиралась. Себе она подтащила кресло и с аппетитом принялась за еду. Налила полстакана вина, сдобрила его слабеньким, укрепляющим силы заклинанием и велела:
— Выпейте, вам полезно. Бодрости прибавит, да и аппетит появится. Чтобы съели мне всё, что в вашей тарелке!
Он слабо хмыкнул, но возражать не стал, после вина послушно взялся за вилку. Наверное, и впрямь проголодался, но только сейчас, когда дурнота отступила, смог это осознать.
Сама Айриэ с удовольствием употребила стаканчик густого, чуть терпкого вина безо всяких заклинаний и заела его сыром, попробовав все три сорта. Эстисса заслуживает того, чтобы в ней поселиться! За одни только сыры заслуживает.
Поели в молчании, потом Айриэ сгребла грязную посуду на поднос и отправилась вниз за чаем. Не побрезговала лично помыть посуду — если надо, мы и руками можем поработать, ничего страшного… К тому же за этим занятием неплохо думается — жаль, грязная посуда быстро закончилась.
Что делать с Фирниором дальше, было толком непонятно. То есть, дождаться выздоровления и взять с собой охотиться на сизого волколака — это само собой. Тут ведь «драконий день» на носу, и будет лучше, если у Фиора не появится возможности сразу же сбежать в негодовании, едва он узнает, кто был его попутчицей. В общем, заманить в глухие леса и… разобраться, усмехнулась драконна. Прямо сейчас надо всё-таки дождаться Виаллерона и посоветоваться с опытным целителем, а там видно будет.
Не то чтобы Айриэ жаждала душещипательных признаний, но иначе всё равно не получится. Придётся снимать маску (хорошо, что не успела этого сделать, а ведь мелькала мысль пойти к нему сразу как Айриэннис). И придётся договариваться, а это будет непросто, потому что Фирниор наверняка до сих пор её ненавидит за свою искорёженную жизнь. Сколько там ему на самом деле?.. Двадцать три, припомнила она, будет в начале осени. А пережил — не всякий пятидесятилетний успеет столько. И ему пришлось так стремительно повзрослеть… Насильственно повзрослеть вдобавок, а за такое благодарности обычно не чувствуют.
— Чай, — пояснила она очевидное, наткнувшись на его внимательный взгляд.