Все было напрасно. Кир и его персы, сменившие мидийцев у власти в Малой Азии, вскоре обратили свои взоры на Вавилонию, где политический упадок сопровождался усилением власти жрецов бога Мардука. Последний представитель халдейской династии — Набонид — до недавнего времени считался мирным собирателем древностей, не ведавшим о надвигающейся опасности. Но сейчас его называют инициатором последней попытки восстановить самые древние формы вавилонского культа. Персы, к которым благоволили жрецы Мардука, не дали ему время. Война началась в 539 году, а когда стена города пала и Кир вошел в Вавилон, могущество последнего исчезло навсегда.
В целом можно утверждать, что древняя история Месопотамии характеризуется заслуживающим внимания единством в том смысле, что там смогли возникнуть и распространиться мощные политические силы. Между тем возникшие там государства были довольно сложными по своему составу. В 3-м тысячелетии шумеры, до этого бывшие бесспорными хозяевами, вступили в контакт с различными иммигрантами и постепенно уступили им превосходство, сильно повлияв на их культуру и цивилизацию. Во 2-м тысячелетии превосходство уже находилось в руках семитских народов, продвигавшихся с юга на север, из Вавилонии в Ассирию, при этом периодически в их долину проникали и внешние элементы. 1-е тысячелетие после апогея семитской власти на севере стало свидетелем их упадка и вторжения несемитских захватчиков. Последние периодически спускались с гор, и население долины было вынуждено постоянно уделять внимание обеспечению своей защиты от этой страшной угрозы. Те, к кому особенно благоволила судьба, оказались победителями. Примерно в 500 году до н. э. независимой истории Месопотамии пришел конец, и с тех пор политическая власть была сосредоточена в других местах, а Месопотамия стала всего лишь незначительным государством, находившимся в тени других политических сил, боровшихся друг с другом.
Месопотамская цивилизация была высокоразвитой, значительно отличавшейся и от семитской цивилизации в целом, и от цивилизаций отдельных семитских народов. Придя в Месопотамскую долину, семиты обнаружили установившуюся и ни на что не похожую культуру и, хотя, конечно, внесли в нее собственный вклад, в котором отразились особенности условий их жизни, все же неизбежно приспособились к новому окружению и впитали его черты. Это значит, что они еще больше удалились от условий жизни и культуры других семитских народов, ни один из которых, за исключением, может быть, эфиопов, не помещал себя в окружающую среду, и географически, и исторически совершенно не похожую на ту, из которой они вышли.
Самой типичной чертой вавилонской и ассирийской цивилизаций в сравнении с исходными семитскими институтами являлся переход от кочевничества к оседлости. Исторические и культурные условия, в которых жили семитские народы, совершенно изменились под влиянием самого факта закрепления неустойчивого состояния их цивилизации, когда они осели в постоянных жилищах. В то же время формы их адаптации к новой среде определялись контактами с другими народами.
Несемитский народ, с которым бывшие кочевники по большей части смешались в Месопотамии, — это шумеры, цивилизация которых достигла значительно более высокого уровня, чем цивилизация пришельцев. Абсорбирование последними шумерских элементов было настолько постоянным и широко распространенным, что многие аспекты вавилонской и ассирийской культуры сформировались под их непосредственным влиянием. О шумерских текстах мы узнали относительно недавно; тогда же мы научились и интерпретировать их. Чем больше информации мы получаем из этих текстов, тем яснее становится, как много традиций и представлений жителей Аккада не являлись их собственными, а стали продуктом синтеза с шумерскими элементами. Вавилоняне и ассирийцы, безусловно, привнесли в процесс ассимиляции свой дух и мировоззрение. Однако они находились под влиянием «чар» более развитой и оригинальной цивилизации, созданной древним народом. То же самое можно сказать об отношениях между римлянами и греками.
Вавилонская и ассирийская цивилизации, возникшие в результате сложного процесса ассимиляции, в свою очередь, оказали сильное и далекоидущее влияние на все окрестные территории. Месопотамия стала культурным центром, откуда распространялись космологические, мифологические и научные идеи. Значительная часть литературы и обычаев других семитских народов является более или менее прямым отголоском традиций Месопотамии. Кроме того, месопотамские идеи не ограничивались рамками семитского мира: они проникли в Малую Азию и даже достигли Греции. Современная наука свидетельствует, что греческая цивилизация, в целом, безусловно, оригинальная, обязана многими представлениями народам Месопотамии.