55.
Брат спросил старца: если я нахожусь в таком месте, где найдет на меня скорбь и не будет никого, к кому бы я имел доверие открыться, — что делать? Старец говорит ему: верую в Бога, что Он пошлет тебе благодать Свою и утешит тебя, если истинно будешь молить Его. Я слышал, что в Скиту был такой случай: там был один подвижник, не имевший человека, которому бы мог открыться. В один вечер он приготовил милоть, чтобы оставить это место. И вот в эту ночь явилась ему благодать Божия в виде девы, которая упрашивала его, говоря: не уходи никуда, но посиди немного со мною, — ничего не будет худого. Выслушав это, он поверил и сел и тотчас исцелело сердце его.56.
Старец сказал: как на народных игрищах[28] бьется атлет, так и боец духовный, т. е. монах, должен бороться с помыслами, воздевая руки свои к небу, и призывая Бога на помощь. Атлет стоит нагой на поприще борьбы, нагой и чуждый вещества, помазавшись маслом, и научась от начальника борьбы, как должно бороться. Выходит на него противник, и бросает в него песком, то есть землею, чтобы таким образом удобнее схватить его. Применяй это к себе, монах! Начальник борьбы есть Бог, подающий нам победу, борцы — мы, противник — есть супостат наш диавол, песок — дела мирские. Ты видишь коварство врага? Итак, стой, отрешась от вещественного — и победишь его. Ибо когда ум отягчается вещественным, не принимает невещественного и святого слова.57.
Старец сказал: как воск несогретый и неумягченный не может принять наложенной на него печати; так и человек, если не будет искушен трудами и болезнями, не может принять силы Христовой. Посему-то говорит Божественному Павлу:Глава 8. О том, что ничего не должно делать напоказ
1.
Авва Антоний услышал об одном молодом монахе, что сотворил на пути такое чудо: увидев некоторых старцев, которые путешествовали и утомились на пути, он велел диким ослам подойти к ним и на себе нести старцев, пока не дойдут до Антония. Когда старцы рассказали об этом авве Антонию, он сказал им: мне кажется, что монах сей есть корабль, исполненный благ, но не знаю, войдет ли он в пристань. Спустя несколько времени, авва Антоний вдруг начал плакать, рвать на себе волося и рыдать. — Ученики спросили его: о чем плачешь, авва? — Старец отвечал им: сейчас пал великий столп Церкви! Это он говорил о молодом монахе. Но пойдите сами к нему, продолжал он, и посмотрите, что случилось! — Ученики идут, и находят монаха сидящим на рогоже и оплакивающим грех, который он сделал. — Увидев учеников Антония, монах говорит им: скажите старцу, чтобы он умолил Бога — дать мне только десять дней жизни, — и я надеюсь очистить грех свой и покаяться. Но по прошествии пяти дней он скончался.2.
Некоторые братия и монахи хвалили авве Антонию одного монаха. Антоний сравнениями испытывал, перенесет ли уничижение, и, увидев, что не переносит презрения, сказал ему: ты подобен селу, которое спереди красиво, а сзади разграблено разбойниками.3.
Говорили об авве Арсении и авве Феодоре Фермейском, что они более всякого зла ненавидели славу пред человеками. Почему авва Арсений редко показывался кому-либо; а авва Феодор, хотя и показывался людям, но был для них, как меч.4.
Авва Исаия сказал: великий и важный подвиг — победить тщеславие и преуспеть в разум Божий. Ибо впадший в руки злой сей страсти, тщеславия, очуждается мира и сердце его ожесточается к святым людям, и в довершение зла он впадает в высокоумие, а таковая гордость есть мать всех зол. Ты же, верный раб Христов! держи в сокровенности делание свое, и остерегайся, со скорбию сердца, как бы из человекоугодия не погубить мзды твоего делания. Ибо делающий на показ людям уже5.
Еще сказал он: любящий прославляться от людей, не может быть без зависти; а имеющий зависть не может приобрести смиренномудрия; а таковый предал душу свою врагам своим: они вовлекают ее во всякое зло, и погубляют ее.6.
Еще сказал: убегай тщеславия, — и удостоишься славы Божией в будущем веке.